Огарок E

В то время, как Каин колол себе новокаин, Герда отвлеклась от Коэлли, выбиралась с окраин Изумрудного города. Меняя не раз города, морила сама себя голодом в Поисках брата. Он не показывался на люди, Был совсем нелюдим. По мостовой на леди он возвращался со студии. Гляди, тут к ночи уж близится день. По набережной гуляют бляди. С севера дует холодный ветер. Нейтрон не включает совсем. Он желал друзьям своим зла всем. Он и у Бога о смерти просил. Как Одиссей, он тонул и скитался. Как Карлсон, парил птицей с крыш. Ждал свой собственный выигрыш. Он выжил, забравшись еще выше, из себя все соки Выжав, изменяя характеру, подобно плохому актеру. Ждал успеха, как Хатико, но под конец он стал Дёру. Небритый вид в прицеле. Нет цели, лишь бы уцелеть. Тут на войне, как в лицее. В лицее мы падаем в цене. Он подцепил болезнь, вирус, как алкоголик цирроз. Как Троян XP Windows и наркоман передоз. В нос бил запах осени. Завтра вставать к восьми. Настройки все сбросились. Он падал без сил. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному. Город греха, порока. Каин еще в возрасте отрока мечтал улететь в Марокко В поисках Бога, да дорого дорога стоит. Время на месте не стоит. На двоих всего не стоим. Чего же стоит жизнь, старик? И вот его встречает холодный город. Ресторан Пилот. Сутки мучает голод подросток с Подносом. О, как же подрос он! В потертых обносках заказ дамам нес он. Задавался вопросом, скольких же перерос он. Жизнь картинка, набросок. Вот она перед носом. В восемь закончит смену. Снова к себе за стены. Цены кусались, но вермут в престоле возьмет и Консервы. Первое мая сегодня. Пусто в карманах, сотня. Нету настроения субботнего. Завтра воскресенье Господне. К обедне не проспать бы, там пять минут вроде Ходьбы. У брата вчера был день свадьбы, Но он поздравить забыл. Не друг и не приятель его просто так приютил. И в общем-то, тип не приятен, необщителен и нелюдим. В узелок все вещи и вброд отпустит себе густую Бороду. Городу нужен отпущение, Урод. Вот он, больной смолоду. Свободу променял на цепи. Мы сами себе цари. Ставим сами себе цели и сами падаем в цене. Как корабль тонущий, он подавал сигнал, Надеясь на сиквел. Настроение было то еще, как Синдбад, Но его хватило лишь на сингл. Где его носило, не спрашивай и не насилуй, А скажи просто спасибо и отпусти. Дай ему стимул жить и развиваться. Он хотел в памяти остаться, но остался без памяти. И где его восемнадцать уже не найти. И сегодня меж гаражей он с опухшей рожей прошлое Ворошил, был вхожим в тус и стал брошен в Котел. Он вернется домой на автопилоте. Снова подобран котенок, ведь он сентиментален по Природе. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному. Догорит свеча до огарка. За окном солнце сменит луну. Там, где холодно, станет вдруг жарко, А ему погибать одному.