Грех №6 E

Владлен сильно постарел, полюбил смотреть слово Пастырь. На пожелтевшей простыне он лежал, Не сводя глаз неё. Пластырем заклеены вены и вроде нет её вины. Вино в старом районе Вены пили, но не были Пьяны. Фильмы с плохим концом, Боли месяц за месяцем. Ампулы по пятьсот колет, ставит, но после весится. Весь в отца, причитала, мол, её не чета. О чём она тогда мечтала? И есть ли она мечта? Очередной больничный проводит на койке больничной. Карманах нету наличных. Ветер воет на личном. Мечты о столичном парне сошли давно на нет. Он вспоминал детство и армию. Прошло уж тридцать лет. Ты меня в гроб гонишь. Да что ты, малыш? Ты тонешь и меня топишь. Давай топи же дальше на глубину, Как говоришь, любимую. Он чувствовал вину за жизнь такую длинную. Нет судьбы, кроме той, что мы сами для себя Чернилами написали. Небесами не прикроешься вовсе. Бог за всё на суде у нас спросит. Нет судьбы кроме той, что мы сами для себя Чернилами написали. Небесами не прикроешься вовсе. Бог за всё на суде у нас спросит. Она скучает у окошка, сжимая виски за горлышко. У ног вьётся кошка. В доме прибрана Золушка. Всё как у людей. Фрукты лежат на блюде. Думает о суде страшном, Боге и Иуде. Тихо сопит Владлен. Снится отпуск и Адлер. Варится борщ в котле, запах идёт ароматный. Мысли в кучу сошлись. Теребит крестик на шее. Думает что-то за жизнь. Смотрит своё отражение. Она не питает иллюзий, прячется за жалюзи. Жизнь бурлит в джакузи на неизвестном адресе. Смотрит старые фото. Достала свою фату. Молодой, здоровый вот он в первом самом ряду. Достала из аптечки ампулу, набрала. В доме не гаснут свечки, только он и она. Мгновение, прицел. Прости меня, солнце. Большая доза в шприце, и он уже не проснётся. Нет судьбы кроме той, что мы сами для себя Чернилами написали. Небесами не прикроешься вовсе. Бог за всё на суде у нас спросит. Нет судьбы кроме той, что мы сами для себя Чернилами написали. Небесами не прикроешься вовсе. Бог за всё на суде у нас спросит.