Бабушка Домна - track 8 E

Потянулись мучительные месяцы в жизни с Бальком. Домна делала вид, что не замечает интереса к ней. Тогда немец выказывал недовольство, Кричал, что Домна не при деле, Хотя та делала все: готовила, мыла полы, Чистила кастрюли. Однажды даже ударил. Застал за расклейкой листовки на столбе и с размаху Всадил кулак в плечо. "Ты что творишь? Сдурела?" Глаза его почернели от гнева. Домна страха не показала. "А что я творю?" Она поднялась с земли и прикрыла столб с листовкой Спиной. "Это ваши продают. Самолет пролетел, скинул. Каждый может купить на площади за пять марок". "Наклеила зачем?" Не нашел другого аргумента немец. Кажется, он впервые узнал про торговлю советскими Листовками. "Раз продают, значит, разрешено. А дворники клеят, чтоб все читали. Это и не листовка, это новости с фронта". Бальк ничего не ответил. Сорвал листок и с комком в кулаке пошел к Себе. Страх отпустил Домну, и она села тут же рядом На ступеньки, но все же не удержалась, Крикнула вслед: "А пять марок? Я последние выскребла". Потом засмеялась. Правда, что творю? Совсем дура, страх теряю. В последнее время появилось чувство какой-то Защищенности. Пока с ними живет важный немец, Никто не ворвется среди бела дня, не обстреляет, Не ограбит. Она стала спокойнее уходить из дому, Оставляя детей о них. Это чувство мнимой безопасности и привело к беде. Мальчишкам невыносимо стало сидеть взаперти. Домна, конечно, выпускала их, когда Бальк уходил, Но когда шла работать, строго наказывала Шестилетнему Леньке, чтобы занимал Валерчика играми. Через какое-то время дети осмелели. Немец словно забыл о них. И Ленька, глядя на Валерчика, тоже вошел в комнату Юргена. Они с удовольствием заглядывали в самые интересные Места: комоды, шкафы и холодильник, Что немец приволок с собой. Валерчика холодильник поразил больше всего. Он никогда не видел подобного железного шкафа с Тяжелой дверью на петлях и круглой крутилкой Наверху. Агрегат громко стрекотал, и мальчишки легли на пол, Чтобы поразглядывать мотор. "Такой не украдут", хихикал Ленька, Не поднимут". Валерчик тоже смеялся. Ему нравилось приключение. "Открой", потребовал он, указывая на дверь. Но Ленька все еще смотрел на мотор и отмахнулся. Пришлось открывать самому. Думал, сил не хватит, но оказалось неожиданно легко. Валерчик приподнял черный штырек, и дверь Распахнулась. Вечно голодные мальчишки с каким-то благоговейным Страхом смотрели на банки сметаны, Сливок, чесночного саламура, на большую миску с Биточками из тюльки, на кастрюлю, Доверху наполненную голубцами с мизинчик, На кусок желтого масла, завернутого в бумагу. "Че это он?" Ухмыльнулся Ленька. "Голубцы саламурить собрался. Вот же фрицы дурные. Это ж для ухи". А Валерчик с восторгом смотрел на то, Что любил больше всего, колбасу с хребтовым шпиком. В холодильнике немца лежало шесть маслянистых Перченых палочек. Почему не взять одну? Леня инициативу подавил. Он уже что-то соображал и понимал, Что за кражу немец не выпорет, как мамка, А сделает что-то страшнее. Домна отругала, когда узнала, что они ходят в Комнату Юргена Балька и стала запирать дверь. Валерчик злился. Он ощущал, как жизнь изменилась именно с приездом Плешивого немца. Во двор спозаранку нельзя. Только когда тот уйдет. С бабушкой двор мести тоже нельзя. Даже в собственном доме играть нельзя. Нужно сидеть в тягостном заточении и ждать, Когда бабушка выпустит.