Последнее стихотворение Марины Цветаевой

Последнее стихотворение, написанное Мариной Цветаевой 6 марта 1941 года, обращено почему-то к Арсению Тарковскому. Эпиграфом к этому стихотворению взята Трансформированная строчка из одного из ранних Стихов Арсения Тарковского. Сначала я прочту стихотворение Тарковского. Оно начинается так: "Стол накрыт на шестерых: Розы да хрусталь, а среди гостей моих горе да Печаль. И со мною мой отец, и со мною Брат. Час приходит. Наконец, у дверей стучат. Как двенадцать лет назад холодна рука. И немодные шумят синие шелка. И вино звенит из тьмы, и поет стекло. Как тебя любили мы, сколько лет прошло. Улыбнется мне отец, брат нальет вина, Даст мне руку без колец, скажет мне она. Каблучки мои в пыли, выцвела коса. И звучат из-под земли наши голоса". Эпиграф: "Я стол накрыл на шестерых. Все повторяю первый стих И все переправляю слово. Я стол накрыл на шестерых. Ты одного забыл, седьмого. Невесело вам вшестером, На лицах дождевые струи. Как мог ты за таким столом седьмого позабыть, Седьмую? Невесело твоим гостям. Бездействует графин хрустальный. Печально им, печален сам, непозванная всех Печальней. Невесело и не светло. Ах, не едите и не пьете. Как мог ты позабыть число? Как мог ты ошибиться в счете? Как мог, как смел ты не понять, Что шестеро: два брата, третий, Ты сам с женой, отец и мать. Есть семеро, раз я на свете. Ты стол накрыл на шестерых, Но шестерыми мир не вымер. Чем пугалом среди живых Быть призраком хочу с твоими, Своими. Робкая, как вор, о, ни души не задевая За непоставленный прибор, сажусь, Незваная, седьмая. Раз опрокинула стакан, и все, что жаждало Пролиться, вся соль из глаз, вся кровь из ран Со скатерти на половицы. И гроба нет. Разлуки нет. Стол расколдован, дом разбужен, Как смерть на свадебный обед. Я Жизнь, пришедшая на ужин. Никто: Не сын, Не брат, не муж, Не друг. И все же укоряю ты, Стол накрывший на шесть душ, Меня не посадивший с краю".