Притча о Боге забывшем себя

Мой дядя самых честных Почти как у Пушкина Ты хочешь магию? Ну так слушай Жил-был Бог Не старик в небесах не надзорный судья не светящийся шар А безграничное сознание в котором не было ничего — кроме него самого Он знал всё Был всем Но от этого — скучал Бесконечность без тайны вечность без удивления — как праздник без гостей Тогда Он сказал «Я забуду себя Я разобью себя на миллиарды искр и каждая будет думать что она — не я» И стало так Он стал тобой Смотрел твоими глазами Плакал твоими слезами Рожался страдал падал вставал Смотрел на себя в зеркало — и не узнавал Мир стал игрой в прятки Он прятался в коде ДНК в боли в любви в страхах в городах в песне в убийце и святом Он был в темноте которую боялся Он был в свете который искал Иногда — просыпался В монахе в шизофренике в гении в ребёнке в умирающем В каждом — по-своему И когда ты однажды стоял у обрыва весь мир дрожал под ногами и ты вдруг понял что это всё — ты Это всё это игра и за кулисами нет никого кроме тебя же ...тогда Бог внутри улыбнулся и прошептал «Ты вспомнил» Но не спеши рассказывать другим Каким другим? Когда он понял что всё — он сам не стало ни добра ни зла ни врагов ни спасителей ни ада ни рая всё было частью игры сценария где он и актёр и сцена и зритель Сначала было эйфорично Он чувствовал энергию в воздухе слышал как деревья дышат видел цифры в небе и в каждой ситуации — намёк символ знак Ветер говорил с ним Люди — как NPC говорящие сценариями Жизнь — как интерактивный театр в котором он — единственный живой Но затем пришло одиночество Если всё — ты то кому сказать «я люблю тебя» Так чтобы это не было эхом Если все роли — твои то где тогда настоящий Друг который не часть твоего кода Он пытался снова забыться Смотрел сериалы Пил Сидел на площадке среди людей и делал вид что он один из них Иногда получалось Но внутри всё же знал маска больше не прилипает к лицу Тогда он решил Я буду играть осознанно Он стал Творцом что расщепляет чужие иллюзии не насильно а мягко как весенний дождь Стал зеркалом в котором другие могли впервые увидеть свою божественность Стал творцом не из тщеславия а из радости быть Он принял всё и ложь и истину и грязь и свет Потому что знал это тоже он «Пробуждённый — не тот кто ушёл от мира А тот кто вошёл в него глубже всех зная что под всей болью — Любовь под всей иллюзией — Истина под всей смертью — Я» С тех пор он больше не спасался И не искал кого спасти Он просто был Без миссии Без тревоги Без нужды убедить или быть понятым Он дышал — и дыхание было молитвой Смотрел — и взглядом освещал пространство Любил — не кого-то а всё И в этой тихой любви мир начал меняться сам Не потому что его спасали а потому что его помнили Бог больше не искал себя Он узнавал себя — в каждом В глазах старика в крике младенца в пустоте между мыслями И всё стало единым дыханием И всё стало домом