Мой черный человек в костюме сером

Мой черный человек в костюме сером. Он был министром, домоправом, офицером. Как злобный клоун он менял личины и бил бордях Внезапно, без причины. И улыбаясь, мне ломали крылья. Мой хрип порой похожим был на вой. И я немел от боли и бессилия, и лишь Шептал: "Спасибо, что живой". Спасибо, Что живой. Спасибо, что живой! И я суеверен был, искал приметы, Что, мол, пройдет, терпи, все ерунда. Я даже прорывался в кабинеты и зарекался Больше никогда. Вокруг меня кликуши голосили. В Париж мотает, будто мы в Тюмени. Пора такого выгнать из России. Давно пора, видать, начальству лень. Ау! Да, да, да, да. Начальству лень. Суд, дачу и продачу, и зарплату. Мол, денег прорва, ха! По ночам кую. Я все отдам. Берите без доплаты трехкомнатную камеру Мою. И мне давали добрые советы, Чуть свысока похлопав по плечу. Мои друзья известные поэты. Не стоит рифмовать, кричу, торчу. И лопнула во мне терпения жила, И я со смертью перешел на ты. Она давно возле меня кружила. Побоялась только хрипоты. Да, да, да, да, да, да. Побоялась Хрипоты. Я от суда скрываться не намерен. Коль призовут, отвечу на вопрос. Я до секунд всю жизнь свою измерил и худо-бедно, Но тащил свой воз. Но знаю я, что лживо, а что свято. Я понял это все-таки давно. Мой путь один, всего один, ребята. Мне выбора по счастью не дано. Но знаю я, что лживо, а что свято. Я понял это все-таки давно. Мой путь один, всего один, ребята. Мне выбора по счастью не дано. Да, да, да, да, да.