баллада о Ваньке (Текст Васильев) E

Сколько стоит тишина? Да кому она нужна? Ты живи в своей стране, как собака в конуре. Он похмельем разбуженный под протёртыми тучами да Бредёт, будто мученик до последней отдушины. Коль потрачен и высечен, всё судьбою уготовано. Хоть не прочит такого, но в нём узнаются тысячи. Вновь метелью облаянный он плетётся, как рабица, Где упнётся, расслабится у питейной окраины и дойдёт Припорошенно, и найдётся бутыльника, Но не вспомнит, увы, никак хоть чего-то хорошего. Пока рядышком семечки лузгают, он прочтёт им поэзию Русскую. Ну давай-ка, вставай, Ванька! Чё как не родной? Хоть за любку, на вот рюмку, ну хоть по Одной! Ну давай-ка, вставай, Ванька! Вот уж я налил. Хоть за Сашку на стакашку, Вон, бля, крапали. Ну давай-ка, Вставай, Ванька! Чё как не родной? Хоть за любку, на вот рюмку, ну хоть по Одной! Ну давай-ка, вставай, Ванька! Вот уж я налил. Хоть за Сашку на стакашку, Вон, бля, крапали. Там замылится комната, Будто пьянству завещана, ведь с ухмылкой Воланда Вдруг появится женщина. И завидев предвестницу первородного ужаса, Он впервые закрестится, а потом у закружится. Всюду черти, как вороны в чёрноугольной мантии, Что плачевны и взорваны, что как будто бы спятили. Всё сгустится, что кажется, развеснуясь под кованы, Все их лица покажутся словно жутко знакомыми. Но останется горестно в суме пелена с воспалённым Безумием. Ну давай-ка, вставай, Ванька! Всё, стопарь, не дрожь. Выпил лишку, на вон сижку, ты ж домой дойдёшь. Ну давай-ка, вставай, Ванька! Шибко всё ж не пей. На немножко, на дорожку, Да ступай теперь. Ну давай-ка, вставай, Ванька! Всё, стопарь, не дрожь. Выпил лишку, на вон сижку, Ты ж домой дойдёшь. Ну давай-ка, Вставай, Ванька! Шибко всё ж не пей. На немножко, на дорожку, да ступай теперь. Там снаружи растелется снова стужа с метелицей, Где расколет, как обухом алкогольная опухоль, Что без рода, без памяти он пройдёт мимо паперти С головою опущенной да с тоскою от сущего. Не признавший лишь Богова, он не спрашивал многого. И в чернеющей темени, что беднее эпидемии, Вновь причудится спутница, но он будто оступится, Потому что с бессилии просто рухнет бессилии. Снова чёрную землю запачкают утомлённые белой Горячкою. Ну давай-ка, вставай, Ванька! Холодно ж снегу. Чё разлёгся-то, как вафля? В смысле не могу? Ну давай-ка, Вставай, Ванька! Ща обмёрзнешь весь. В перепою хер с тобой, оставайся здесь.