Полит

Я узле, вырос в городе-джунглей. Средний палец вытянут, над головой рука. Вот вам моя политика, наша политика. Ну чё ты, бля, а? Любишь свою страну? Ха, а я чё-то не очень, блядь. Открывая двери, выходя на улицу свою, Я чётко понимаю, что скоро отсюда свалю. Свой город и страну я с трудом узнаю. Эти районы теперь принадлежат мусорью. Теперь у коренных здесь нет права голоса. Теперь полиция расчёсывает нас, как волосы. Теперь открыто нельзя выражать свой протест. Новый бандит в законе росгвардеец. Неповиновение, слыхали про такое? Оно теперь карается справедливою рукою. Снова настают в России сумасшедшие деньки, Как будто бы вернулся Сталин и большевики. ФСБ пошагово каждый день следит за тобой. Статья за экстремизм бахнет пятьдесят восьмой. Ты можешь не знать историю, но она повторяется. Мы с тобой на сковороде, и она раскаляется. На светлое будущее здесь надежду выкини. Открой глаза, пока не покатали на столыпине. В этой стране барахлят весы у Фемиды. Вокруг хищники в погонах, и у них на тебя Виды. Браслеты всегда близко, мистер, Ты в списке. Поедешь быстро, не близко, лакать Баланду из миски. Упадёшь низко, конвой на обысках Затискает. А в это время твоя киска с новым Подонком рыскает. И никому до тебя не будет дела, Когда на митинге толпа затопчет тело. Когда в вонючей Пятёрочке тебя забьют охранники. Когда сын губернатора собьёт тебя на тачке Пьяненький. Когда убитые менты задушат сына. Когда неквалифицированный врач тебя зарежет, Как скотину. Когда улицы засраны, Что по ним пройти противно. Когда в центре Москвы режут баранов. Когда девушек насилуют и грабят ветеранов. Зачем мой город сделал сортиром тот, Кто по имени владеет этим миром? Уже не маленький, попёр четвёртый десяток. Каждый год оставляет уникальный осадок. Приобретённый опыт расширяет рассудок. Порой жизненный расклад, как ядовитый ублюдок. Уже не маленький, попёр четвёртый десяток. Каждый год оставляет уникальный осадок. Приобретённый опыт расширяет рассудок. Порой жизненный расклад, как ядовитый ублюдок. Как ядовитый ублюдок. Козни и ловушки системы хотят сломать тебя. Общество не устраивает твоё восприятие. Повсеместный конформизм распахивает объятия. Толпа личность тянет на дно. Обложка обаятельна. Они хотят пропихнуть мне, что все равны. Почему тогда жиреют богатеи, бедняки голодны? Они хотят остаться в тени, быть не видны. Они прячут деньги, выигрывают суды. Они назначают судей, ментов и прокуроров. Любишь говорить правду поплатишься за свой норов. Три десятка лет я как склад, на котором порох. Индивидуумы вокруг меня, в их умах морок. Стадо дрессировали, стадо стало послушным. А тех, кто сопротивлялся, распихать по камерам Душным. Те, у кого есть мнение, будут изгоем Ненужным. А если кто-то осмелится в их сторону Кинуть булыжник, может тихо, без огласки встать Лицом стене. Сколько таких по подвалам завалили в Этой стране? Сколько цепных псов служит Главнокомандующему сатане? Каждый день они лыбятся с экранов тебе и мне. Верхушка этого айсберга депутаты, министры. Их прикрывают те, у кого есть лицензия на убийство. Движуха подковёрная, манипуляции за кулисами. Каналы телевидения куплены с журналистами. Понятия правосудия и закона тут нет. Недовольных устраняют боевики хунты. Это страна, где полюса перепутаны. Как этот сильный народ стал таким перепуганным? Нация воинов робеет перед карликом Путиным. В своих раздумьях я попал на распутье: Надо валить отсюда или дать жёсткий отпор, Вести за собой богатырей, как дядька Черномор, Или оказаться там, где не посадят за забитый "Беломор". За траву тебе--За забитый "Беломор". В нормальной стране девять лет. Уже не маленький, попёр четвёртый десяток.