Дурень

Горе мне щемило сердце, да рука Хватала ножны, только те давно Пустые. Меч лежит на дне болота. Грудь броней хотел украсить, да кольчуга Проржавела. Годы в погребе лежала, в нем она И обсырела. На коня хотел забраться, старый конь И повалился. Над ним лишь глазом видел, да и ноги Не держали. Пошел в лаптях по селам, да меня Оттуда гнали. Один раз уснул дуба, так с меня и Лапти сняли. Тридцать лет ходил по тропам, да решил Вернуться к дому, но забыл, откуда Вышел, когда в лаптях было Мудре. Ой-ё, во, дурень, ой-ё, О-о-о. Ой-ё, во, дурень, Ой-ё, о-о-о. Ой-ё, во, дурень, ой-ё, О-о-о. Ой-ё, во, дурень, ой-ё, О-о-о. И ходил еще три года в старой драной Одежонке. Потом вышел на дорогу, что вела к Избе родимой. А избы и нет в помине, пара бревен Да колодец. Из колодца хрен напьешься он землей Засыпан крепко. Я и сел на пень клиновый, весь усталый Да голодный. На меня глядела ведьма и трясла Кривой клюркою. Говорила: "Что ж ты, дурень, мясо нюх Того, что было? Что оставил все в дорогу, коли дома Нем по горло? Вот сиди, не жди кончины, без лаптей Да неумытый. Ведь недолго ждать осталось не Успеешь оглянуться". Ой-ё, во, дурень, ой-ё, О-о-о. Ой-ё, во, дурень, Ой-ё, о-о-о. Ой-ё, во, дурень, Ой-ё, о-о-о. Ой-ё, во, дурень, Ой-ё, о-о-о.