Ничего старого E

Бог спросил у часов, кто вам друг, А кто враг, беспощадным свинцом Расколов циферблат. Время молча ушло, обратив всё в Песок. Ну а Бога что Бог? Время сотрёт и людей, и богов. Время не примет даров. Ушла эпоха, Ушла и похуй. Зубоскалит империя. Охуели и Сталин, и Берия. Старит материя, но душа это то, В чём уверен я. Да, есть чёрные полосы, А на голове есть белые волосы. И в этом во всём нет ничего нового, но В душе пиздюц, задор и норова. Меня делит меня, мои суетки не капелька везения или Везувия. В этом мире выживут только безумные. Времена бывают смешные и сумные. Говорят, Земля плоская, два соска, Шахматная доска. Сегодня-завтра кто-то двинет кони. Всегда выживают короли по велению Лилит. А в конце почти пустое поле. Ковид с войной срослись бровями Брежнева. И мира уже здесь не будет прежнего. Но есть одна незыблемая явь: Всё в этой жизни ёбаный баян. Сменили ножны на кобуру, ложбище на конуру, Кокошник на бомбер, матрёшку на Барби, Разбойничков на ГАИ художников, На ИИ извозчиков, на такси сапожки, На шизы. Но в целом всё так же, как Было. Нас на вертеле крутят банкиры. У кого-то роскошный дворец, у кого-то сапожник отец. Чем эти наши новомодные обновочки, главное ячишечки, Не сладость ль мовочки. Радуйся, живой ещё и пока На волюшке, а то депутатушки пожимали колючки. И коли ты без горюшка, то захавай горюшку. Небо как тюканово, наебнет не споришь. И старое забудется, и нехер порошить. Думая о смерти, не забывайте жить. Санта стоит очередь за антидепрессантами. Айтишник поневоле управляет диверсантами. Забыто, как КВ-1 въебал в двадцать два танка, но Звание Героя не вручили Колобанову. И правят уебаны уже много-много лет, но всё это Забудут, как заваленный билет. Мы не знаем, что готовит нам двадцать четвертый год. И нам хорошо там, где им хуёво. Покуда есть тень, значит, солнце светит. Это как помнишь, там было слово. Кто не стримит, чей не бредит. Ты пытался в этот трамвай запрыгнуть. Трамвай сгорел, тебя никто не вспомнит, потому что Ты в принципе ничё не сделал. От нас останется лишь эхо комнат. Чем дальше век, тем больше вонь. Я такой же, как ты, чё-то там пытался. Я надел маску и стал собой. Ты надел маску, став заебацой. Был собачье лай, был волчьей вой. Твоих фэнов меньше теперь, чем акацких. Скажет Бродский: "Читай, не пой". А скажу тебе: "Спой по-братски".