Пускай ты выпита другим

Пускай ты выпита другим, но мне Осталась, мне осталась Твоих волос стеклянный дым и Глаз осенняя усталость. О возраст осени, он мне Дороже юности и лета. Ты стала нравиться вдвойне Воображению поэта. Я сердцем никогда не лгу и потому На голос чванства, песни петь. Но я сказать могу, что я прощаю с Хулиганством. Пора расстаться с озорной и Непокорною отвагой. Уж сердце напилось иной, кровь Отрезвляющею влагой. И мне в окошки постучал сентябрь Багряною веткой ивы, чтоб я к Отпугули встречал его Приход неприхотливый. Теперь со многим я мирюсь без Принужденья, без утраты. Иною кажется мне Русь и Иными кладбища и хаты. Прозрачно я смотрю вокруг и вижу Там ли, здесь ли, где то ль, что ты Одна, сестра и друг, могла быть Спутницей поэта. Что я одной тебе бы мог, Воспитываясь в постоянстве, Пропеть и в сумерках дорог, и Уходящем хулиганстве, и Уходящем хулиганстве, и Уходящем Хулиганстве.