Седьмая симфония (Памяти Андрея "Арни" Рахова)

Седьмая симфония летает над городом, Над Бадаевскими складами, врагами сожжёнными, Над разрушенными домами и их надписям согласно. При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна. Над обесточенными трамваями, над разобранным Стадионом, над людьми, тащущими деревянное, Чтоб не замёрзнуть в холод, над людьми, питающимися Блокадной хлебной нормой, над теми, чью жизнь Измучил смертельный голод. Седьмая блокадная симфония голода в Забитой людьми филармонии звучит над не сдавшимся Городом всем вопреки. Седьмая блокадная симфония мужества сквозь Годы военных ужасов звучит над всем миром как символ Стойкости. Конец девятиста дней увидят единицы, И не найдётся таких, кто не восхитится великим Мужеством, сковавшим великий характер особы Ленинградски, остальным пример. На переломанных фронтах он рождал отвагу, Гнал героев вперёд на Берлин и Прагу. Вселял надежду там, где был кромешный ад. Солдаты били, зная, держится Ленинград, И верили, что держаться будет до победы, Несмотря на обстрелы, налёты и беды, Несмотря на голод и силу немецких оков. Великий город-герой, да, он был таков, Великий от рождения величием сынов. Он был готов сгинуть, но сдаться не готов. И как бы не было нутро снарядами избито, Смотрел в глаза врагу серостью гранита. Седьмая блокадная симфония голода в Забитой людьми филармонии звучит над не сдавшимся Городом всем вопреки. Седьмая блокадная симфония мужества сквозь Годы военных ужасов звучит над всем миром как символ Стойкости. Седьмая блокадная симфония голода в Забитой людьми филармонии звучит над не сдавшимся Городом всем вопреки. Седьмая блокадная симфония мужества сквозь Годы военных ужасов звучит над всем миром как символ Стойкости.