Там, куда спешу

Две недели бороде, пообтрёпано пальто. Завели свой разговор тополя. И живу-то я нигде, да и звать меня никто. Просто вышел я во двор погулять. И живу-то я нигде, да и звать меня никто. Просто вышел я во двор погулять. Двор огромный целый мир. Здрасьте всем, Христос воскрес! Ведь куда ни кинешь глаз сплошь родня. Но как волка ни корми, он, известно, Смотрит в лес. Вот такая вот судьба у меня. Но как волка ни корми, он, известно, Смотрит в лес. Вот такая вот судьба у меня. Голова дурная, ты, как всегда, Не даешь покоя моим ногам. Рано или поздно придет беда Ветер-ураган. Дедов самосад не саднит нутро, Бабкин самогон не дурманит сном. И уже в казенник дослал патрон тот, Кто ждет давно. Там за лесом берега неизведанной реки, Дядька в лодке да тяжелый туман. Поспешаю наугад. Веселей, большевики! Чуть промедлишь и свихнешься с ума. Поспешаю наугад. Веселей, большевики! Чуть промедлишь и свихнешься с ума. Две недели бороде. Не хочу ее сбривать. Там, куда спешу, за все извинят. Эх, продержаться б только день да кабы ночку Простоять. Помолитесь, братанки, за меня. Продержаться б только день да кабы ночку простоять. Помолитесь, братанки, за меня. Голова дурная, ты, как всегда, Не даешь покоя моим ногам. Рано или поздно придет беда Ветер-ураган. Дедов самосад не саднит нутро, Бабкин самогон не дурманит сном. И уже в казенник дослал патрон тот, Кто ждет давно. И стрелок не окривел, и ружье не подвело, И приклад в плечо как надобно лег. И взмахнула в синеве на прощание крылом Птица битая, как водится, влет. И взмахнула в синеве На прощание крылом Птица битая, Как водится, влет.