Золотые подковки, Чт. 3

Вот посадили молодых за стол. Родные сели, все по порядку. Стали есть, пить, веселиться. Вдруг сам колдун жалует. Шапки не ломает, образом не молится, Честной беседе не кланяется. Прямо к солдату: "Ты кто таков? Почто не в свое дело суешься?" Климов сидит, глазом не моргнет, На колдуна смотрит. "Я-то, говорит, здешний солдат Климов. Знать, у тебя глаз выскочил, что не видишь". Только сказал, раз у колдуна правый глаз выскочил. Климов его сейчас подхватил и в карман спрятал. Трет себе колдун пустое место, где глаз был. "Ну, говорит, не балуй, служивый, Давай глаз-то. Хорош, и с одним будешь, а то и другой Выскочит, коли не покажешь мне сейчас, В чем твоя сила". Колдун видит дело плохо, надо хоть последний глаз Сберечь. Только было повернулся, Чтоб уходить, раз и последний глаз выскочил. Что тут делать? Вынул колдун из кармана золотую Подковку. "Вот, говорит, чем я действую. В болоте нашел". "Эх, ты, дурень старый, говорит ему Климов. Куда тебе со мной тягаться? У меня две таких-то, и сам я их у Чертенка с копытец-то драл. Подавай сюда мне твою находку. Наше дело солдатское. Прикажут, так со всякой Нечистью путаться будешь. А ты мирской человек, между православными живешь". Отобрал у колдуна подковку, вставил ему на место Глаза и вытолкал его взашей. Уж как хозяева обрадовались, не знают, Где Климова посадить, чем угостить. Накормили его досыта, напоили допьяна и домой с Почетом отвезли. Хорошо зажил Климов в деревне. Везде ему почет, уважение, везде он первый гость. А чуть что не по нем сейчас на виноватым Смотришь, и шутку сыграет. Раз пришел он к своему свату. Скупой-прескупой мужик был. И просит: "Угости-ка винцом, сватушка. После вчерашнего с похмелья голова болит". "Ишь какой выискался, говорит сват. Что у меня кабак, что ли, про тебя припасен? Проваливай, брат, по-здоровому". Выглянул Климов в окошко. "Ах, батюшки! Кричит. Воды-то что на улице, совсем все село Затопило". Как хлынет вода в избу. Оробели хозяева, прыгнули на лавку, А вода за ними. На полати влезли, И туда вода подступает. "Что, испугались? Говорит Климов. Ничего. Это я не во вред вам воды напустил, А для уток. Сейчас сюда две диких прилетят. Вот мне и закуска будет. Вино-то, признаться, у меня с собой есть". И точно откуда ни возьмись прилетела пара уток. Плавают, ныряют около самых полатей. "Хватай их, говорит Климов хозяину. Да руби им головы топором". Климов отворил дверь, воду мигом выпустил, А потом обернулся к свату и говорит: "Ну, Давай уток жарить будем". Оглянулся сват, а вместо уток теплые сапоги без Головок. Головки-то он им вместо утиных голов сам отрубил. Тоже над старухой над одной Климов подшутил. Собралась она старика своего помянуть, На блины опару поставила, гостей скликала, А Климова-то не позвала. Вот только что изладилась старуха блины печь, Он подошел к окну и говорит: "Всем окно, а хозяйке пусть печь будет". Давай старуха тесто ложкой в окно выливать. Думает, что печь. Все тесто на землю вылила. Нечем было гостей попотчевать. Так-то хоть большой беды никому Климов не делал, А все-таки кто знал про его мастерство, Поопасывались его, ублажали всячески, Чтоб шутки какой не шутил. По понедельникам у них в селе торг был. Вышел Климов утром на площадь. Сейчас знакомые повели его в трактир, угостили. Выходит он из трактира навеселе. "Смотри, кричит, народ православный, Как я сейчас сквозь колоду пролезу". А на площади толстая-претолстая колода валялась. Собрался народ, дивуется. Лезет Климов сквозь колоду, точно она из мягкого Снега. А тут мужичок один из чужой деревни с возом Сена проезжал.