Шёпот PRDVNN Prod.

Было и было, Но к асфальту легло. По трупам сокращенным иду до вокзала, Ропотом влечен в бреду ломало. Приемы ни при чем, ведь тонул в канаве. Подопытный сечешь по лицу усталому. Я чувствую взгляды бомбил у дороги с присутствием Наглым, противным и строгим. Дискуссий о многом и пусть до порога метнусь за Пороком от грусти в дорогу. Билет на руках. Страх побеседовать. Секрет в головах и прах сигареты, Где свет там и мрак махом проследую с нейтралитетом Монаха к браслетам. Спор неспортивный за место по номеру. Гонор спесивых без толку голову в сторону, В картинку прелестного города. В нем полюбил я подъездную молодость. Здесь не ищи глубину бесполезно экстренных версий на Местность нарезки. Экскурс за весами в пресс не на мессу с Посредственным фейсом по известному рейсу. И по приезду сленг зашифрованный с искренним блеском В глазах все по-новому. Тайны и жести мертвых без повода. Дыма завеса и честность синдрома. Вергилий и Теннио слушай Данте. В загробный мир направимся по кругам ада. В зоне отчуждения будто сталкер. Скорбит теснота, где она больная рана. Ах, он как так? Неистовая рота, дикие глаза. Явно все несносно. Древние пути дергают за нити. Пробудилось зло. Письма на иврите. В СМИ, как обычно, все материально. В астрале летает, лежа в спальне. В паре беснуется дурака валяя, Разрывает в клочья стая урук-хая. Схватка непонятна, оправдана жестокость. Диалог с собой начинался шепота. После нудная борьба, неудачная попытка. Связки порвались от яростного крика. Как Иеремия жалобно отправлял молитвы в небо. Претензии так и лезут из недовольного нерва. В конце концов, поняв, что битва бессмысленна, В клетке своей пришлось смириться. Кот Сильвестр и птичка Твити. Кошак голодный и не сильно хитрый козни строит Против умного малыша. Сам же попадает в них глупый воришка. Было и было, Но к асфальту легло. В бетонных массивах шепчет небо. Было и было, но к асфальту легло. В бетонных массивах эти кадры на стоп.