Ты рождена воспламенять

Ты рождена воспламенять воображение Поэтов, его тревожить и пленять любезной Живостью привета, восточной странностью речей, Блистаньем зеркальных очей и этой ножкою Нескромной. Ты рождена для неги томной, для упоения Страстей. Скажи-ка, так певец лирил в мечтах небесных Рисова́л свой неизменный идеал, Уж не тебя ли изображал, поэт мучительный и Милый? Быть может, в дальней стороне Под небом Греции священной тебя страдалец Вдохновенный узнал иль видел, как во сне, Искрился образ незабвенный в его сердечной Глубине. Быть может, лирою счастливой тебя волшебник искушал? Да, невольный трепет возникал в твоей груди Самолюбивой, и ты, склонясь к его плечу: "Нет, нет, мой друг, мечты ревнивой питать я пламя Не хочу. Мне долго счастье чуждо было, мне ново наслаждаться Им. И тали грустию томим, поешь неверно Всё, что мило".