У меня всё растет и растёт сердце

Марии Кашинцевой, 1921 год, Воронеж. Мария, я не смог бы высказать вам всего, Что хочу. Я не умею говорить, и мне бесконечно трудно Рассказать о самом глубоком и сокровенном, Что во мне есть. Поэтому я прошу прощения, Что пишу, а не говорю. Писать как-то несуразно. Простите меня за все и послушайте меня. Мария, я вас смертельно люблю. Во мне не любовь, а больше любви чувство к Вам. Восемь дней мое сердце в смертельной судороге. Я чувствую, как оно вспухает во мне и давит Душу. Я живу в каком-то склепе, И моя жизнь почти равна смерти. Днем я лежу в поле, в овраге, под вечер Прихожу в город и иду к вам. А у вас я как-то весь опустошаюсь. Во мне все стихает. Я говорю великие глупости, я весь болею и хожу Почти без сознания. Сколько раз я хотел вам сказать, что ведь я Не такой, как вы немного знаете. Я совсем иной. Лунное тихое пламя выжигает из меня жизнь. У меня никого нет, некуда пойти, И никто не поймет меня. Моя родина Луна. Я теперь не могу равнодушно смотреть, Как стоит дерево, как идет дождь. Через вас я люблю все больше и больше мир. Звезды приводят меня в трепет, А когда я с вами, я как мертвый. Я холодею и успокаиваюсь. И как мне не хочется с вами говорить. Только безмолвие или простые детские слова должны Быть между нами. Мария, вы та самая, о которой я одиннадцати лет Написал поэму. Вы та самая победительница Вселенной. Я знал вас всегда. Вы сказали раз, что во мне много жестокости, А во мне много боли. Я и раньше все сильнее и страшнее чувствовал Нестерпимую красоту мира. Вы же конец всего. Вы моя смерть и мое вечное воскресение. Я ничего от вас не прошу, я вам все Отдаю. Никогда я не притронусь к вам, Если вы сами не захотите. Я грубый дикарь. Это мне говорили и товарищи мои. Но я вырос в грязи и работе, узнал все, Что знают люди, аристократия мысли и искусства. Это пишу без Жоржа. Он относится к вам по-иному, гораздо легче и Преодолеет вас. Это он сам говорит. Во мне же сердце ходит все туже и туже. Когда я шел к вам один, то лежал на Бугре перед этим и плакал. Вы не знаете, наверное, что такое судороги сердца. Первый раз я узнал это, когда нашел в больничном Сарае мертвую сестру. Она лежала вечером на полу. Было тепло и тихо, и я прилег с ней Рядом и сказал ей что-то. Она лежала, замолкшая и кроткая. Вы, сестра моя, безмерно дороже Ее. Все силы затихли во мне, и я Не могу передать словом, что дышит и волнуется Сейчас во мне. Раньше я мог бы сделать это. Ни жалости ни снисхождения я хочу, А вас и ваше свободное чувство. Только теперь я родился. У меня голова болит. Ночью я сочинил поэму, но для вас надо Изменить мир. Простите меня, Мария, и ответьте сегодня, Сейчас. Я не могу ждать и жить, Я задыхаюсь, и во мне лопается сердце. Я не убью себя, а умру без вас. У меня все растет и растет сердце.