Дневник художника

Кто-то из самых великих говорил: "Ничто так не Воспитывает художественный вкус и чувство Прекрасного, как здоровое, обнаженное человеческое Тело". Вторник. Искал натуру для позирования в кафе "Север". Обсчитали на семь с половиной. Познакомился с Валей, предложил ей мне позировать. Валя ответила, что не в ее правилах позировать в Первый же вечер. Среда. В семь утра позвонила Валя. Сказала, что берет такси и едет. Приготовил краски, кисти, холст. Винтил лампочку на двести свечей. Решил нарисовать Валю, сидящей на стуле с Распущенными волосами. Валя приехала, распустила волосы, постелила холст. И легла. Стала рисовать ее лежащей. Рисовал минут пять, но она вдруг вскочила, Оделась, плюнула в палитру и сказала: "Я такого авангардизма не понимаю". И ушла. Четверг. Ее зовут Олимпиада Николаевна. Такой торс даже Рубенсу не снился. Работает старшей буфетчицей на вокзале. Позировать приехала прямо с вокзала. Привезла четыре кило сарделек говяжьих, Килограмм масла сливочного кусочками, Скатерть, матрац, верхнюю полку от плацкартного Вагона и ручной тормоз от поездов дальнего Следования. Жаловалась на мужа, говорила, что как немного Выпьет, сразу путает фламандскую школу живописи со Школой Рембрандта, а ее оскорбляет, Называя Кукрыниксами. Позировать согласилась только в темноте. Пришлось достать фонарик И освещать Олимпиадину натуру частями. Она тихонько смеялась и все говорила: "Ну, миленький, ты даешь". Пятница. Писал очередь в пункт по приему стеклотары. Подошел какой-то небритый мужчина, долго стоял Рядом, восхищался, потом попытался поцеловать меня в Затылок, но промахнулся и упал. Он сказал, что его зовут Васькой и попросил за Это семнадцать копеек. Я дал и спросил, не мог ли он мне Немного попозировать. Он сказал: "Мог бы", и опять упал. Минут через тридцать он встал, И мы поехали ко мне. По дороге ко мне прямо в автобусе Вася стал Раздеваться. Суббота. Только что Вася разделся. Его тело превзошло все мои ожидания. Оно было сплошь зататуировано и издали выглядело как Один громадный синяк. Подойдя поближе, я увидел, что весь Васин перед Занимает известная картина Сурикова "Переход Суворова через Альпы". Под которой стояла подпись: "Переход Суворова через Васю". А Васин зад это была картина Брюллова "Последний День Помпеи". Я стал разглядывать Васю, но он закрылся, Закричал, что все это подлинники. Потребовал семнадцать копеек и упал. Воскресенье. Звонила Олимпиада. Сказала, что прийти не сможет. У мужа очередной запой. Каждую ночь скандалит, бредит, кричит, Что при росписи собора Святого Петра в Риме ему, Микеланджело и Рафаэлю какой-то прораб армянин Неправильно закрыл наряды. Понедельник. Отключил телефон, запер дверь, Разделся донага, встал у зеркала. Отчаявшись найти натуру, приходится писать Автопортрет.