Воскресение (радиоспектакль), Чт. 1

Как ни старались люди, Собравшись в одно небольшое место несколько сот Тысяч, Как ни старались люди изуродовать ту землю, На которой они жались, Как ни забивали они эту землю камнями, Чтобы ничего не росло на ней, как ни вычищали Всякую пробивавшуюся травку, как ни дымили каменным Углем и нефтью, не обрезывали деревья и не отгоняли От себя птиц и животных, все-таки весна была Весной даже и в городе. Солнце грело, Трава, оживая, росла и зеленела всюду, Где только не соскребли ее. Не только на газонах бульваров, Но даже между плитами камней. Березы, черемуха, тополя распускали уже Свои пахучие клейкие листья. Липы надували лопавшиеся почки. Галки, воробьи, голуби по-весеннему радостно свивали Уже свои гнезда. Мухи жужжали у стен, пригретые Солнцем. Веселы были и растения, и насекомые, И птицы, и дети. Но люди, Большие взрослые люди не переставали мучить и Обманывать себя и друг друга. Люди считали, что священно и важно Не это весеннее утро, не эта Красота мира, красота, данная для блага всех Существ, красота, располагающая к миру, Согласию любви, а священно и важно то, Что люди выдумали сами, выдумали для того, Чтобы властвовать друг над другом. Так, в конторе губернской тюрьмы считалось Священным и важным не то, что всем людям и Животным даны умиление и радость весны, А считалось священным и важным то, Что накануне была получена бумага с печатью, За номером и заголовком. Бумага о том, чтобы к девяти часам утра в Нынешний день, двадцать восьмого апреля, В Окружной суд были доставлены три содержавшиеся в Тюрьме арестанта, две женщины и один мужчина. Одна из этих женщин, как наиболее важная Преступница, должна была быть доставлена отдельно. Так вам, Маслову? Да-да, Маслову. Маслова, в суд! Маслова в суд! А ну, живей, живей что ли там поворачивайся. Маслова, говорю. Пуще всего лишнего ничего не выказывай. Стой на одном и шабаш. Ладно, потом поговоришь. Помни, лишнего не болтай. Стой на одном и шабаш. Да уж одно бы что. Хуже-то не будет. Ну, известно, одно, а не два. За мной, марш! Арестантку Екатерину Маслову вывели из вонючей и Шумной женской камеры, провели мимо еще более Вонючих и шумных мужских камер, Вывели на улицу. И когда она, измученная длинным переходом, Со своими двумя конвойными подходила к зданию Окружного суда, как раз в это самое время князь Дмитрий Иванович Нехлюдов еще лежал на своей Великолепной высокой постели и курил Первую утреннюю папироску. Он остановившимися глазами смотрел перед собой и Думал о том, что ему нынче предстоит сделать. Вспомнив, что нынче двадцать восьмое апреля, Он должен быть присяжным заседателем в Окружном Суде, он вздохнул и, накинув на себя шелковый халат, Пошел умываться. В комнату, всю пропитанную запахом духов, Одеколонов, фиксатуаров, эликсиров. Потом перешел в другую комнату, там принял душ, Потом перешел в столовую, там выпил свой утренний Кофе и, одевшись, вышел на улицу, Где его уже ожидал знакомый извозчик в пролетке на Резиновых шинах. "Ну что ж, думал Нехлюдов, Ну что ж, нужно, Нужно добросовестно исполнить мою общественную Обязанность. И притом ведь иногда, Иногда это бывает и довольно интересно", Подумал Нехлюдов и вошел в подъезд Окружного суда. Где Окружной суд? Вам какой? Есть гражданское отделение и есть Судебная палата. Я присяжный. А, так это уголовное. Пожалуйте сюда. Здесь, сударь, здесь. Хе. Тоже наш брат присяжный? Да. Ну что же, вместе потрудимся. Второй гильдии баклашов. Потрудиться надобно. С кем имею удовольствие? Нехлюдов. А! И вы попались, а, не отвертелись. А я и не думал отвертываться. Но, но, но, это гражданская доблесть. Вы погодите, как проголодаетесь да спать не дадут, Так не то запоете. Да, да, да. Пожалуйста, пожалуйста. Рапапапа, Папапа, папапа, папапа, пупупупу. Петрович, здравствуй! Здравия желаю, ваше превосходительство. Как живешь? Покорнейше благодарим, ваше Превосходительство. Ну, ступай и закрой двери. Слушаю, ваше превосходительство. Рапапапа. Председатель приехал в суд пораньше. Он любил перед заседанием проделывать легкую Гимнастику. Это давало ему необходимое чувство Бодрости, которое нынче ему было особенно важно, Потому что рано утром он получил записку от своей Немки-гувернантки о том, что она будет ждать его в Гостинице Италии от четырех до шести часов. И потому он торопился начать и кончить заседание Нынешнего дня поскорее, чтобы успеть попасть до Четырех часов к своей рыженькой Кларе, С которой у него прошлым летом на даче завязался Роман. В дверь стучал первый член суда. Опять Матвея Никитича нет? Нет еще. Вечно опаздывает, а! Удивительно, как не совестно. Член этот, очень аккуратный человек, Имел нынче утром неприятное столкновение с женой за То, что жена израсходовала раньше срока данные ей на Месяц вперед деньги. Жена просила дать ей еще денег, но он сказал, Что ни за что не отступит от своего. У них вышла целая сцена. Жена сказала, что если так, тогда ей и обеда Не будет дома. Господин ждал обеда совсем. На этом они расстались. И теперь он очень боялся, как бы она не Сдержала свою угрозу, потому что у него такая жена, От которой всего можно ожидать. Ну вот и живи тут, и живи тут хорошей Нравственной жизнью, думал он, Глядя на здорового, веселого, добродушного Председателя. Тот всегда весел, всегда доволен, А этот мучается. Здравия желаю, ваше Превосходительство. Здравствуйте. Секретарь суда. Ну-с, какое дело пустим первым? Первым? Я думаю, дело об отравлении, Ваше превосходительство. Об Ну что ж, отравление так отравление. Ого, председатель сообразил, что это как раз такое Дело, которое можно успеть кончить до четырех часов И побывать у своей рыженькой Клары. А Матвей Никитича нет еще? Все нет, нет. А Бревет здесь? Бревет здесь. Так пожалуйста, когда увидите Бревета, Скажите, что мы начнем с отравления. Слушаюсь, ваше превосходительство. Товарищ прокурора! Здрасьте. Михаил Петрович просил узнать, Как, готовы ли вы? А разумеется, я всегда готов. Здрасьте. Здрасьте, здрасьте. Слышали, а? А что? Потрясающую новость. Директор департамента правительствующего Сената Князь Федор Николаевич пойман и уличен в Преступлении, предусмотренном статьей девятьсот Девяносто пятой, в мужеложестве с-Да не может быть! Да что ж тут особенного? Я вам в нашей литературе укажу на проект одного Немецкого писателя, который прямо предлагает, Чтоб это не считалось преступлением-Да. И чтобы был возможен брак между мужчинами. Говорят, его в какой-то сибирский город губернатором Назначают. И превосходно. Архиерей, архиерей его там с крестом Встретит. А вы знаете, Я бы архиерея им такого же туда направил. Ну так какое дело первым? Об отравлении. Об отравлении? Да. Ну и прекрасно. Но он вовсе не находил этого Прекрасным. Он не спал целую ночь. Они провожали товарища, сослуживца, Очень много пили, играли в карты, потом все поехали К женщинам в публичный дом, так что именно дело Об отравлении он не успел прочесть. Сейчас хотел успеть его пробежать, а секретарь Нарочно, зная, что этот не читал дело, Посоветовал председателю пустить его первым. Ну-с, господа, пойдемте. А вот и конец. Вот и второй член суда. Вот этот тот самый Матвей Никитич, который всегда Опаздывает. Ну, Матвей Никитич. Член этот страдал катаром желудка и как раз нынче По совету врача начал новый лечебный режим. Так вот, этот новый лечебный режим и задержал его Дома дольше обыкновенного. Ну-с, господа, пойдемте. Пойдемте. Суд идет, приглашаю встать. Второй член суда и тут опаздывает. У него была привычка загадывать. Вот сейчас он там загадал, что если число шагов От двери его кабинета до судейского кресла будет Делиться на три без остатка, то новый лечебный режим Вылечит его от катара желудка. Если не будет делиться, то нет, не вылечит. Шагов оказалось двадцать шесть, не делится на три, Но он сделал еще маленький шажок и на двадцать Седьмом опустился в кресло. Объявляю заседание суда открытым. Рассмотрению подлежит дело о Симоне Картинкиной, Ефимии Бачковой, Екатерины Масловой, Обвиняемых в отравлении купца Смелькова. Господин судебный пристав, введите подсудимых. Введите подсудимых. Батюшка, прошу привести к присяге господ присяжных Заседателей. Пожалуйте, пожалуйте. Подсудимый, Встать! Правую руку поднимите, А персты сложите вот так. Теперь повторяйте за мной. Обещаюсь и клянусь Обещаюсь и всемогущим Богом Всемогущим Богом пред его святым Евангелием пред его И Животворящим Крестом Господним и Животворящим Крестом Господним в том, что по делу, по которому- Которому- Не опускайте руки, не опускайте руки. Держите вот так. В том, что по делу, по которому В том, Что по делу, по которому я избран присяжным Заседателем я избран присяжным приложу всю силу Разумения моего приложу всю силу моего не оправдывая Виновного, Не оправдывая осуждая невинного не осуждая невинного Памятуя, что во всем этом Я должен буду дать ответ перед законом и перед Богом. перед и перед вы не опускайте руки, И вы не опускайте руки. Перед Богом на Страшном суде Его Перед Богом на Страшном суде Его в удостоверение сей клятвы моей в Удостоверение сей клятвы моей целую слова и крест Целую Спасителя моего. Аминь. Аминь. Целуйте Евангелие и крест. Говорите "клянусь". Клянусь. Говорите "клянусь". Клянусь. Клянусь. Клянусь. Говорите-Кля--клянусь, клянусь. Клянусь. Клянусь. Клянусь. Клянусь. Симон Картинкин, встаньте. Ваше имя? Симон Михайлов Картинкин-с. Ваше звание? Крестьянин-с. Какой губернии, уезда? Тульской губернии, Крапивинского уезда, Купянской Волости, а села Горки-с. Сколько вам лет? Тридцать четвертый, Рожден я тысяча-Какой веры? А веры русской, православной веры. Женаты? Эээ, никак нет-с. Чем занимаетесь? А занимались мы по коридору у гостиницы "Мавритания". Судились когда прежде? Помилуй Бог, никогда. Не судились прежде? Помилуй Бог, никогда-с. Копию обвинительного акта получили? Получили-с. Садитесь. Ефимия Ивановна Бочкова. Картинкин, сядьте. Картинкин, сядьте. Сидеть! Сидеть! Ефимия Ивановна Бочкова, ваше имя? Ефимия Ивановна Бочкова. Ваше звание? Коломенская мещанка. Сколько вам лет? Сорок три. Веры какой? Православной. Замужняя? Девица. Чем занимаетесь? Коридорной в гостинице "Мавритания". Судились когда прежде? Под судом и следствием не была. Копию обвинительного акта получили? Получила. Садитесь. Ваше имя? Надо встать. Маслова быстрым движением встала и с Выражением готовности, не отвечая, Глядела прямо в лицо председателя улыбающимися и Немного косящими черными глазами. Как звать? Звали Любовью. Как Любовь? Вы записаны иначе. Я вас спрашиваю, как ваше настоящее имя? Крещена как? Прежде звали Катериной. Ну вот так вы и должны были сказать. "Не может быть! Не может быть!" Повторял про себя Нехлюдов. А между тем он уже без всякого сомнения знал, Что это была она. Она, она, та самая девушка, Воспитанница, горничная, в которую он одно время был Даже влюблен, а потом соблазнил и бросил. Отчество как? Я незаконная. Все-таки по отцу крестному как звали? Михайловной. Что же она могла сделать? Фамилия, прозвище как? Писали по матери Масловой. Звание? Мещанка. Веры православной? Православной. Занятие? Чем занимались? Чем занимались? В заведении была. В каком заведении? А вы сами знаете в каком. Под судом и следствием не были? Не была. Копию обвинительного акта получили? Получила. Сядьте. Нехлюдов, не отрываясь, смотрел на подсудимую, И в душе у него началась уже мучительная работа. Он поглощен был ужасом перед тем, Что же могла сделать та самая Маслова, Которую он знал десять лет назад невинной и Прелестной девочкой. Крестьянин Симон Картинкин, вы обвиняетесь в том, Что 17 января 1884 года вы в соучастии с Ефимией Бочковой и Екатериной Масловой похитили Чемодана купца Смелькова принадлежащие ему деньги и Потом варили с ним мышьяк и уговорили Екатерину Маслову дать купцу Смелькову вине выпить яду, От чего последовала смерть Смелькова. Признаете ли вы себя виновным? Нет, никак невозможно-с. Потому как наша Вы после скажете, признаете ли вы Себя виновным. Да нет, ведь я только по коридору- Да скажете, признаете ли вы себя виновным. Да не могу я этого сделать, потому как сейчас Вам только-Картинкин, сядьте. Сидеть! Сидеть!