Моцарт и Сальери, Отрывок 6

Все говорят: нет правды На земле, Но правды нет и выше. Для меня так это Ясно, Как простая гамма. Родился я С любовию к искусству, Ребенком будучи, когда Высоко Звучал Орган в Старинной церкви Нашей, я Слушал и, Заслушивался, Слезы Невольные И сладкие Текли. Отверг я рано праздные забавы. Науки, чуждые музыке, были Постылы мне. Упрямо и надменно от них отрекся Я и предался Одной музыке. Труден первый шаг и Скучен первый путь. Преодолел я ранние Невзгоды. Ремесло поставил я Подножием искусству. Я сделался ремесленник. Пальцам придал послушную Сухую Беглость И верность уху. Звуки умертвил, музыку я Разъял, как труп. Поверил я алхибрай Гармонию. Тогда уже Дерзнув, В науке Искушенный, Предаться неге Творческой мечты, Я стал творить, Но в тишине, Но в тайне, не Смея Помышлять еще о Славе. Нередко просидев безмолвно теля Два-три дня, Позабыв и сон, и пищу, вкусив Восторг и слезы вдохновения, Я жег мой труд и холодно Смотрел, как мысли мои и звуки, Мной рожденные, пылая, с Легким дымом исчезали. Усильным напряженным постоянством Я, наконец, в искусстве Безграничном Достигнуть Степени высокой. Славу мне Улыбнулось. Я в сердцах людей нашелся в Куче своим созданьем. Я счастлив был. Я наслаждался мирно своим Трудом, успехом, славой, Также трудами и Успехами друзей, Товарищей моих в искусстве Дивном. Нет, никогда я зависти Не знал. Кто скажет, что Сальери гордый Был когда-нибудь Завистником презренным, Змеей, людьми растоптанною в шире, Песок и пыль вызвавшим бессильно? Никто. А ныне Сам скажу, Я ныне Завистлив. Я завидую глубоко, Мучительно завидую. О небо! Где ж правота? Когда священный дар, когда бессмертный Гений не в награду любви Горящей, самоотверженья, Трудов, усердия, молений Послан, а Озаряет Голову безумца, Гуляки праздного. О Моцарт, Моцарт!