Хрупкая веточка, Чт. 2

В тот год, слышько, барин на заводе жил. Пропихнул, видно, денежки в Санктбурхе, Вот и приехал на завод. Не выискать бы ли, дескать, еще сколь-нибудь. При таком-то деле понятно, как денег не найти, Ежели с умом распорядиться. Одни приказные да приказчик сколько воровали. Только барин вовсе в эту сторону и глядеть не Умел. Едет это он по улице и углядел. У одной избы трое ребятишек играют, И все в сапогах. Барин им и маячит рукой-то. Идите сюда! Митюньке хоть не приводилось до той поры барина Видать, а признал, небось. Лошади, вишь, отменные. Кучер по форме, коляска под лаком и седок гора-горой Жиром заплыл, еле ворочается, а перед брюхом палку Держит с золотым набалдашником. Митюнька оробел маленько. Все-таки ухватил братишек за руки и подвел поближе к Коляске. А барин хрипит. Чьи такие? Митюнька, как старший, Объясняет спокойненько. Камнерезы Данилы сыновья. Я вот Дмитрий, а это мои братики малые. Барин аж посинел от этого разговору. Чуть не задохся, только пристанывает. Ох, ох, что делают? Ох, ох. Потом, видно, провздыхался и заревел медведем. Это что, а? А сам палкой-то на ноги ребятам показывает. Малые, понятно, испужались, к воротам кинулись, А Митюнька стоит и никак в толк взять не Может, о чем его барин спрашивает. Тот заладил свое, недоладом орет. Это что? Митюнька вовсе оробел, да и говорит: «Земля». Барина тут как параличом хватило. Захрипел вовсе. До чего дошло? До чего дошло? Тут Данила самый из избы выбежал. Только барин не стал с ним разговаривать. Ткнул кучера набалдашником в шею. Поезжай! Этот барин нетвердого ума был. Смолоду за ним такое замечалось. К старости и вовсе несамостоятельный стал. Напустится на человека, а потом и сам объяснить не Умеет, что ему надо. Ну, Данила с Катериной и подумали, Может, обойдется дело, забудет про ребятишек, Пока домой едет. Только не тут-то было. Не забыл барин ребячьих сапожишек. Первым делом на приказчика насел. Ты куда глядишь? У барина башмаков купить не на что, А крепостные своих ребятишек в сапогах водят. Какой ты после этого приказчик? Тот объясняет. Вашей, дескать, Барской милостью Данила на оброк отпущен, И сколько брать с него, тоже указано. А как платит он исправно, я и думал. А ты, кричит, не думай, а гляди в оба. Вон у него что завелось. Где это видано? Вчетверо ему оброк назначить. Потом призвал Данилу и сам объяснил ему новый оброк. Данила, видит, вовсе не сворозится и говорит: «Из воли барской уйти не могу, А только оброк такой тоже платить не в силу. Буду работать, как другие, по вашему барскому Приказу». Барину, видать, это не по губе. Денег и без того нехватка, не до каменной поделки. Впору и ту продать, какая от старых годов осталась. На другую какую работу камнереза поставить тоже не Подходит. Ну и давай рядиться. Сколько все-таки не отбивался Данила, Оброк ему вдвое барин назначил. А не хошь в гору. Вот куда загнулось. Понятное дело, Худо Данилу с Катей пришлось. Всех прижало, а ребятам хуже всего. До возрасту за работу сели. Так и доучиться им не довелось.