Вертикальный километр

Алтайским воздухом дышу, с зелёным змием Не дружу. За что, скажите мне, Я бардам не в пример свой трезво пел репертуар, А мне товарищи из ФАР "Беги", сказали, Вертикальный километр. Я, видно, в прошлом дурно жил, Раз эту участь заслужил. Как мне давно сказал один туркмен: "А я и свинина кушал, водку пил, Общагам, девушкам ходил. Теперь Аллах тебе зовёт. Иди давай". Ну ладно, был бы я спортсмен, ну Бэтмен или Супермен, но массы мышечной во мне на полкило. А мне кричат: "Не хмури чело. О спорт, ты мир, унынье зло. На старт в одиннадцать мы ждём тебя, Зело". Я спорт люблю за красоту, люблю в длину и В высоту. Среди снарядов я распознаю коня, Болею за Электросталь. Но чтоб бежать на вертикаль... Пардон, товарищи, нельзя ли без меня? Увы, товарищ старший наш неумолим, Как караташ. Он с виду мягкий, а на деле он самбист Наш. Говорит он: "Интерес в том, Чтобы массовый процесс отобразить. Ты массовик, беги, артист". О, показатели! Они всегда нужны моей стране. Что значит массовость? А то, что все бегут, бегут, бегут. И вот уже контрабасист, ударник я и кларнетист Пронумерованы, и завтра нам капут. А впрочем, что контрабасист? Привык к нагрузкам. Кларнетист он духовик. Дыхалка, знаете, у них. Ударник тоже не качок, ну а у ударника значок. И я один в ночи пишу прощальный стих. Друзья, не то чтоб я боюсь, но вдруг к Обеду не вернусь. Не лейте слёз, не пейте спирт, Не надо слов, речей, оркестров духовых, Мигалок, нервных позывных, инструкторов, Верёвок, лестниц, докторов. Нет, на духовной высоте застряв, Я вижу в простоте лежащий мир, Невзрачный, суетный. Так вот, поэт не ангел, он крылат, Но фигурально. И назад вернуться чтоб, друзья, Пришлите вертолёт. Вертолёт, Вертолёт, Вертолёт.