Сказка о царе Берендее, о сыне его Иване-царевиче, о хитростях Кощея Бессмертного и о премудрости Марьи-царевны, Кощеевой дочери: Целую ночь напролёт

Целую ночь напролет старик пролежал на постели, Глаз не смыкая. Заря занялася, и стало в избушке видно. И видит он вдруг, что цветок голубой встрепенулся, С тонкого стебля спорхнул и начал летать по избушке. Все между тем по местам становилось, Повсюду сметалась пыль, и огонь разгорался в Печурке. Проворно с постели прянул старик и накрыл Цветочек платком. И явилась вдруг пред глазами его красавица Марья-царевна. "Что ты сделал? Сказала она. Зачем возвратил ты жизнь мне мою? Жених мой, Иван-царевич Прекрасный, Бросил меня, и я им позабыта. Иван, твой царевич, женится нынче. Уж свадебный пир приготовлен, и гости съехались Все". Заплакала горько Марья-царевна, Слезы потом отерла, потом, в сарафан нарядившись, В город крестьянкой пошла. Приходит на царскую кухню. Бегают там повара в колпаках и фартуках белых. Шум, возня, стуканья. Вот Марья-царевна, приближась к старшему повару, С видом умильным и сладким, как флейта, Голосом молвила: "Повар, голубчик, Послушай, позволь мне свадебный испечь пирог для Ивана-царевича". Повар, занятый делом, с досадой хотел огрызнуться, Но слово замерло вдруг у него на губах, Когда он увидел Марью-царевну. И ей отвечал он с приветливым взглядом: "В добрый час, девица-красавица, Все, что угодно, делай. Ивану-царевичу сам поднесу я пирог твой". Вот пирог испечен, а званые гости, Как должно, все уж сидят за столом и пируют. Услужливый повар важно огромный пирог на узорном Серебряном блюде ставит на стол перед самым Иваном-царевичем. Гости все удивились, увидя пирог, Но лишь только верхушку срезал с него Иван-царевич. Новое чудо: Сизый голубь с белой голубкой порхнули оттуда. Голубь по столу ходит, голубка за ним и воркует: "Голубь, мой голубь, постой, не беги, Обо мне ты забудешь, так как Иван-царевич забыл о Марье-царевне". Ахнул Иван-царевич, то слово голубки услышав. Он вскочил, как безумный, и кинулся в дверь, А за дверью Марья-царевна стоит уж и ждет. У крыльца же конь вороной с нетерпенья, Оседланный, взнузданный, пляшет. Нечего медлить. Поехал Иван-царевич с своею Марьей-царевной. Едут да едут, и вот приезжают в царство царя Берендея они. И царь и царица приняли их с весельем таким, Что такого веселья видом не видано, Слыхом не слыхано. Долго не стали думать: честным пирком да за Свадебку. Съехались гости, свадьбу сыграли. Я там был, там мед я и пиво пил. По усам текло, да в рот не попало. И все тут.