Никогда не верь хиппи E

Не нашедшие себя ни в прошлом, ни в настоящем Пятидесятилетние подростки с веничками. Если в девяностые не сыграли в ящик, то сегодня Спиваются, как Орфей в финичка. Они всегда находят повод выпить. Чем не повод свадьба племянницы Ринго Старра? Больше гопников я ненавижу лишь хиппи грязных, Задроченных, старых. В восьмидесятые не хотели работать руками и Придумывали всяческие оправдания своей лени. Блинчать на банджо легче, чем стоять за станками, Прикрываясь тем, что не нравится Ленин. Но когда Гребенщикова выгнали из комсомола и Пригрозили, что отчислят из института бесплатного, Подал жалобу будущая звезда рок-н-ролла. Блядь, подал жалобу и был принят обратно. Они слушали Битлз по радио «Свобода». В джинсах и пластинках видя жизни смысл, Мы потеряли образование, космос, заводы, Получив взамен альбомы Аквариума и Алисы. Мои соседи по лестничной клетке с растянутыми Штанами, угрюмы с вздутыми харями. Когда-то они хиповали и джоинт смолили, Подержены «Беломором». Сейчас они обо всем позабыли. Хаер постригли, сняли все феньки с позором. Они не вписываются на флыту, про модные шузы не Трут. Не позеры и не тру, а лишь субкультурный Труп. Мои соседи бывшие хипаны так и не поняли, Как их обманули. Прошло бабье лето свободной любви. Битлз и Роллингов не привезли. А что там еще жевала бобина? Уже и не вспомнить. Жизнь оказалась не такой уж и длинной. Только на Пушкинской, десять, уже сугубо Декоративный Васин с макетами возится своей Перманентной депрессии. Ему регулярно заносят лекарства от гриппа. Прошло тридцать лет непрерывного трипа. Не многих не отпустило. Весь Тусыч сорвался с Перинных на Смоленское, Охту и Южное. Жалость тут неуместна и дело совсем Уж ненужное. Все знают, кому интересно. Пока их кумиры, въебав героина, Кричали: «Fuck the police!» Они по подвалам еблись. Два пальца нее это peace. Два выстрела это салют. Не сы, не афган не убьют. Кому вы вообще сейчас сдались? Вас звали лохматые пидары. Вы гордо носили ебало. То время давно миновало. И вот в растянутом свитере растите мамон и лысеете. Жил-был человек в Осросее, но его вдруг не стало.