Больше нет

Что там твои Ромео и Джульетта? Их-то никто не приговаривал к расстрелу. Мне всегда нравились такие пары, как эта, По-настоящему любящие, по-настоящему смелые. Им предлагали уехать в больницу. Они же больные пожилые люди, но только презрение Было в их лицах. Хотят судить пускай судят. Он иногда по руке ее гладил и до конца Был с нею честен. Они не просили пощады, Но просили расстрелять их вместе. И солдаты тогда не жалели патронов. Звучали выстрелы страшные, резкие. Я всегда мечтал жить, как Лимонов, и погибнуть, Как Чаушеску. Кроме любви ничего больше нет. Я хочу, ты бы тоже хотела держаться за Руки, встречая рассвет, держаться за руки Во время расстрела. Горит огнем многоэтажка, где я не куплю себе Квартиру никогда. Без света лестница, так интересней И не продохнуть от похоти и лести, пока не Сбить мне двери в наши с тобою расписные интерьеры. Мы будем вместе, обещаю, не всегда вечно так красиво Будет падать тень на стенки. Соседи сверху смотрели в щели, как падают на города И села атомные бомбы. А мы так молоды. Я знаю, мы состаримся, и Нас не расстреляют ночью, Чаушеску, и, Как Лимонов, в одиночестве не останемся. А я еще ни разу не держал тебя так Крепко. Июль две тысячи четыре, дробь тринадцать. Наша билеть клетках, сотни тысяч бланков под Пластиковым кожухом на скрепках. Сегодня я проснулся рано и был трезв долее. Вчера Макс пел мне про печальное, блядь, и вечное. Макс, спой мне про печальное, блядь, вечное. Кроме любви ничего больше Нет. Я хочу, ты бы тоже хотела Держаться за руки, встречая рассвет, Держаться за руки во время расстрела. Кроме любви ничего больше Нет.