Бедность

Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Совсем одни целый день с краюхой хлеба. Детские сердитые глаза кричали в небо. Во всем виноват этот лишний и чужой. И снова закрой сестренке рот рукой. Прятать страх на чердаке, когда внизу драка. Или ждать на морозе маму родную и плакать. Для чего жизнь эта, если этот дом пустой? Кто-то снова перевернул тазик с горячей водой. Я не могу видеть, как слезы текут по щекам. Она видела, как убили любимого щенка. Как столько горя вмещали крохотные сердца. Где же папа? Молчи! Не было у нас отца. Дверь закрыта, за ней больная мама бредит. Слышали дети, убегая к соседям. В те времена, когда снег еще был чистым. Кто знал, что окажется хрупка семья артистов? Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Обыкновенная бессонница и злоба. Седые волосы в неполные двенадцать. Что-то нерушимое, неся по сугробам, Он начинал уже в себе самом теряться. А мир был добрым и таким ласковым. Он рисовал его яркими красками. Дух был опорой, по-другому и не стоит жить. Строил себе храм, но не умел любить. Он где-то жил, но был уже в других мирах. Мама не давала спать и нагоняла страх. По-детскому злое сердце питало отвращение, Когда у сына пьяным голосом просила прощения. Кто нам наколет дров и натаскает воду? Ведь в этом доме выбиты стекла в любую погоду. Никто не приехал. Лампа до брава гасла. Оставь на завтра остатки шоколадного масла. Запах можжевельника, разочарование. И так ужасно было то бешеное желание. Пока цепь надежды не оборвется, Выбраться из бедности, как из дна колодца. Это как блики костра, это как пыль дорожная. Оседает, и хорошо, если будет можно эти Воспоминания, разбив на осколки, Вспоминать лишь геофильмы и новогоднюю елку. Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Через годы, через недоверие колотить в давно Закрытые двери. Окутывает сердце холодом реки этот бег из бедности, Взявшись за руки. Этот бег из бедности, взявшись за руки.