Аутро (Зима тревоги нашей)

На небе Только и разговоров, Что о море И о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать За огромным огненным шаром, Как он тает в волнах и еле видимый свет, Словно от свечи, Горит где-то в глубине. Кто-то идет, Кто-то идет, кто-то Идет. Об этих людях пишут газеты, их лица фотографируются, Появляются в журналах и, кажется, уже очень немного Недостает, чтобы люди стали национальной гордостью. Можно еще понять, если нация гордится своими Бетховенами, Вольтерами, Толстыми. Но чтобы нация гордилась тем, что ляжки у Ивана Цыбуркина здоровее, чем у Ганса Мюллера. Не кажется ли вам, господа, что подобная гордость Свидетельствует не столько о силе здорового Цыбуркина, сколько о немощи и болезни нации? Кто-то идет, Кто-то Идет, кто-то идет.