Письмо деду

Покинул я родимое жилище. Голубчик, дедушка, я вновь тебе пишу. У вас под окнами теперь метели свищут, И в дымовой трубе протяжный вой и шум, Как будто сто чертей залезло на чердак. А ты всю ночь не спишь и дрыгаешь ногою. И хочется тебе, накинув свой пиджак, Пойти туда и сбить всех кочергою. Наивность милая нетронутой души. Недаром прадед цаф со три меры тебя к дедушке Водил заброшенной глуши учить достойно есть и сочи Символу веры. Хорошего коня пасут отборный корм. Ему любви порука. И самого себя призвав на суд, тому же самому Ты обучать стал внука. Но внук учебы этой не постиг и горечи твоей Ушел в страну чужую. По-твоему, теперь бродягою брожу я, Слагая в помыслах ненужный глупый стих. Ты говоришь, что у тебя украли, Что я дурак, а город плут и мот. Но только, дедушка, едва ли так. Едва ли плохую лошадь вор не уведет. Плохую лошадь со двора не сгонишь. Но тот, кто хочет знать другую гладь, Тот скажет: чтоб не сгнить в затоне, Страну родную нужно покидать. Вот я и кинул. Я в стране далекой. Весна. Здесь розы больше кулака. И я твоей судьбе неодинокой Привет их теплый шлю издалека. Теперь метель вовсю свистит в Рязани. А у тебя меня увидеть зуд. Но ты ведь знаешь, никакие сани Тебя сюда ко мне не довезут. Я знаю, ты приехал к розам, к теплу. Да только вот беда твое проклятье силе паровоза Тебя навек не сдвинет никуда. А если я помру, ты слышишь, дедушка, Помру я, Ты сядешь или нет в вагон, чтобы присутствовать на Свадьбе похорон и спеть в последнюю печаль мне Аллилуйя? Тогда садись, старик, садись без слез, Доверься ты стальной кобыле. Что за лошадь, что за лошадь паровоз! Ее, наверное, в Германии купили. Чугунный рот ее привык к огню, И дым над ней, как грива, черен, густ и Четок. Такую б гриву нашему коню, То сколько б вышло разных швабр и щеток. Я знаю, время даже камень крошит. И ты, старик, когда-нибудь поймешь, Что даже лучшую впрягаяв сани лошадь в далекий край Лишь кости привезешь. Поймешь и то, Что я ушел недаром Туда, где бег быстрее, чем полет. В стране, объятой вьюгой и пожаром, Плохую лошадь вор не уведет.