Уют

Ульянов Блант и МЦ Безработный. Мы снова в одной обойме читаем абстрактную дичь, А на улице зябкая осень. Дуют холодные ветра, я дома, и дом мой прочный, Уютен, и в нем мне нипочем холода. Заварю горячего шоколада, положив пару ложек сахара, И выпью его, но потом, не все сразу. И нипочем мне все эти ваши страхи, ведь я Дома в тепле кушаю покупное желе. В колонках играет родной мне русский рэп. Гетто нелепых людей от Ленина пакет. И все хорошо. Чуть попозже посмотрю кино, Накрывшись пледом. Я под ним как в крепости. Может, сидеть дома, слушать музыку и смотреть фильмы Действительно мое кредо. Но сейчас выйду во двор, покурю пару сиг, И навсегда, наверное, в сердце окажется этот Очередной приятный миг. Пишу последний трек от епихи, максимально Отделившись от всей этой шумихи. Славно, что я счастьем не искушен. Это по-настоящему хорошо. Две тысячи двадцать четыре, октябрь. Алан Сигналити ЕР. Почитал вам в уши очередные стихи. Ты, братик, заценишь. Звенит, как табор цыганских цацок, ведь мы не овцы, Пастухи. Впереди за нами хит на десяток. Наши потуги история прокрастинаторов. Никакой посторонней, ребятки. Никогда бы не вылезал из кровати, но продолжаю Записывать на iPhone парты. Переживем любой упадок. Знаю, впереди все будет нормалды. Назови меня аморальным. Люблю у них привычку складывать без причины, Плакать на это все слезы радости. Из крайности в крайность. Уютная жизнь, уютная реальность. Все есть для того, чтобы расти. Сакральный нарформальный. Тебя прет рэпчина, парадный тон. По подъездам прошелся почтальон Печкин. Он закинул письмо от африканского принца, Перевел двести бакчей. Теперь есть наследство. Добро пожаловать в Простоквашино. Ну ты даешь, папаша. Получилась, как всегда, абстрактная параша. В хип-хопе навсегда, даже если за это придется Лежать в Качковке. Ульянов Блант и МЦ Безработный Все же оставили после себя пятнышко. Две тысячи двадцать четвертый год. Абстрактный, как ты, осень. Нормалды, нормалды. Этой фишке уже в истории, между прочим.