Новогодняя фантазия

Вторая песня называется "Ново--новогодняя фантазия". Новогодний бедлам, как в обрыв на крутом вираже. Все еще только входят, а свечи погасли уже. И лежит сельдерей, убитый злодейским ножом, Поросенок с бумажною розой, покойник Пижон. А полковник Пижон, что того поросенка Принес, открывает Боржоми, целует Хозяйку взасос. Он совсем разнузда--разнуздался подлец, Он отбился от рук. И следят за полковником три кандидата наук. А хозяйка мила, а хозяйка чертовски мила. И уже за столом, как положено, Куча мала. Кто-то ест, кто-то пьет, Кто-то ждет, что ему подмигнут. И полковник надрался, как маршал за десять минут. Над его головой произносят заздравную речь и Суют мне гитару, чтоб общество песней Развлечь. Ну, помилуйте, братцы, Какие тут песни, пока Не допили еще, не доели цыплят табака. Вон полковник желает исполнить романс "Журавли", Но его кандидаты куда-то поспать увели. И опять кто-то ест, кто-то пьет, кто-то плачет Навзрыд. "Что за праздник без песни?" Мне мрачный сосед говорит. "Я хотел бы, товарищ, от имени всех попросить. Не могли бы вы, товарищ, нам что-нибудь изобразить?" И тогда я улягусь на стол, на торжественный тот, И бумажную розу засуну в оскаленный рот, И под чей-то напутственный возглас в дыму и в Жаре Поплыву, потеку, потону В поросячьем желе. Это будет смешно, это вызовет хохот до слез. И хозяйка лизнет меня в лоб, как признательный пес. А полковник, проспавшись, возьмется опять за свое и, Отрезав мне ногу, протянет хозяйке ее. Это будет Смешно. Нет, брат, что-то я запутался. Это вызовет хохот до слез, И хозяйка лизнет меня в лоб, как признательный пес. И полковник, проспавшись, возьмется опять за свое. И, отрезав мне ногу, протянет хозяйке ее. А за окнами снег, А за окнами белый мороз. Там бредет чья-то белая тень мимо белых берез, Мимо белых берез и по белой дороге и Прочь, Прямо в снежную ночь, в петроградскую давнюю Ночь, в ночь, когда под скрипучим Сугробом трескучий мороз Не пришел, А ушел. Мы потом это поняли. Ген Христос! И поземка, следы заметая, Мела И мела. А хозяйка мила, а хозяйка чертовски мила. Зазвонил телефон, и хозяйка махнула рукой. "Подождите, не ешьте, оставьте кусочек-другой". И уже в телефон, отгоняя ладошкою дым: "Приезжайте скорей, а не то мы его доедим". И опять все смеются, смеются, смеются до Слез. А за окнами снег, А за окнами белый мороз. Там бредет моя белая тень Мимо белых Берез.