Новогодняя 2000

Повело по городам белой наледью, И гуляют тут и там ветры памяти. Осень выжжена в кострах, ветви черные, И два века на руках разлученные. Вспоминаю, что могу я, невреженая, А на выпавшем снегу тропки свежие. Да и ветки на ветле к низу клонятся, И огонь уже в золе не опомнится. Не грусти, мой дружок, не печалься без толку, Ты поставь сапожок с ожиданьем под елку. Без сомнения в нем что-то будет секретом, Ведь не знаем, что ждем, да и дело Не в этом. Ты прости меня, прости, мать родимая, Что не выросли ростки те озимые, Те озимые слова, не проросшие, Как увядшая трава века прошлого. Не успели, не смогли, да и надо ли? Знаю, встанут из земли снова радуги. В небе белый завиток самолетика, И затикал Новый год в старых годиках. Не грусти, мой дружок, не печалься без толку, Ты поставь сапожок с ожиданьем под елку. Без сомнения в нем что-то будет секретом, Ведь не знаем, что ждем, да и дело не В этом. Повело по городам белой наледью, И гуляют тут и там ветры памяти. Осень выжжена в кострах, ветви черные, И два века на руках Обрученные.