О, Ерушалаим!

С тех пор как Тит разрушил храм, Стерев с лица земли, Пришлось евреям долго жить от родины вдали. И все девять тыщи лет в любом краю чужом Евреи пели каждый день любимый свой Псалом. Йерушалаим, Йерушалаим, там в золотой Синеве. Йерушалаим, Йерушалаим, знай, я Молюсь о тебе. Йерушалаим, Йерушалаим, Помни и ты обо мне. Хоть ты убей, я не еврей, я русский шансонье. С гитарой верною моей кочую по земле. Но каждый день, хоть ты убей, в любом чужом Краю, закрыв глаза, забыв про все, Тихонько я пою. Йерушалаим, Йерушалаим, там в золотой Синеве. Йерушалаим, Йерушалаим, знай, я Молюсь о тебе. Йерушалаим, Йерушалаим, помни и Ты обо мне. Я жил на улицах твоих, в глаза твои глядел. Я слышал голос твой и смех, твой хлеб горячий Ел. И каждый день они со мной вот уже Столько лет. Твой белый камень, синий зной, Твой негасимый свет. Йерушалаим, Йерушалаим, там в золотой Синеве. Йерушалаим, Йерушалаим, знай, я Молюсь о тебе. Йерушалаим, Йерушалаим, помни и Ты обо мне. Йерушалаим, Йерушалаим, Йерушалаим.