Зимняя сказка Ноябрь 1984, Москва

Однозвучно Звенит Колокольчик с Спасской башни Кремля. В тесной кузнице дня Лохи-блохи подковали Левшу под рукою снега Протокольные листы февраля. Эх, бессонная ночь! Наливай чернила, Все подпишу, Как досрочник ЗК. Два часа назад откинулся день. Я опять на краю Знаменитых вологданских лесов, Как эскадра в строю. Проплывают корабли деревень и печные дымы, Столбовые мачты без парусов. И плывут до утра Хутора, где три кола, два двора. Наберут на таран всероссийскую столетнюю Мель. Им смола дикий хмель, А еловая кора им махра, снежок сахарок, А сосульки им добра карамель. Не гуляй без ножа, Дальше носа не ходи без ружья. Много злого зверья Ошалело, аж хвосты себе жрёт. А в народе зимой шашь вплоть до марта боевая Ничья. Трудно ямы долбить Мерзлотенка лаварот не берет, ни торкушка, Ни клуб. Поцелуйте постный шиш вам баян. Ну а ты не будь глуп Рафинада, первочок, не жалей. Не достал нас маяк, Но концерты по заявкам сельчан по ночам под окном. И вполне модный хор кобелей под окном по ночам. То ли песня, то ли плач, то ли крик, То ли спим, то ли нет, А не поймешь нас ни живы, ни мертвы. Лишь тропа в крайний дом Над обрывом вьется, как змейлик. Истоптали весь снег на крыльце у милицейской вдовы. Я люблю посмотреть, Как купается луна в молоке. А вокруг столько звезд! Забирай хоть все никто не берет. Значит, крепче стал лед. Мерзни, мерзни, волчий хвост, на реке нынче славный Мороз Минус тридцать, если поп нам не врет. Я устал кочевать От Москвы до самых дальних окраин. Брел по горло в снегу, Оглянулся не осталось следа. Ну, потеснись, твою мать, Дядя Миша, косолапый хозяин. Я всю ночь на бегу, И я не прочь и подремать. Но когда я спокойно усну, Тихо тронется весь лед в этом мире. И прыщавый студент месяц март трахнет бедную старуху Зиму, и ручьи зазвенят, как кремлевские Куранты Сибири. Вся Нева будет петь И по-прежнему впадать в Колыму.