Мы носили траур по матери

Мы носили траур по матери, которая умерла осенью, И жили всю зиму в деревне одни с Катей И Соней. Катя была старый друг дома, гувернантка, Вынянчившая всех нас и которую я помнила и любила С тех пор, как себя помнила. Соня была моя меньшая сестра. Мы проводили мрачную и грустную зиму в нашем старом Покровском доме. Погода была холодная, ветреная, Так что сугробы намело выше окон. Окна почти всегда были замерзлые, Тусклые, и почти целую зиму мы никуда не ходили И не ездили. Редко кто приезжал к нам, Да кто и приезжал, не прибавлял веселья и радости В нашем доме. У всех были печальные лица, все говорили тихо, Как будто боясь разбудить кого-то, Не смеялись, вздыхали и часто плакали, Глядя на меня и в особенности на маленькую Соню В черном платьице. Мне было тогда семнадцать лет. Перед концом зимы это чувство тоски, Одиночества и просто скуки увеличилось до такой Степени, что я не выходила из комнаты, Не открывала фортепиано и не брала книги в руки. Катя под конец зимы стала бояться за меня и Решилась во что бы то ни стало везти меня За границу. Но для этого нужны были деньги, мы совсем не Знали, что у нас осталось после матери и с Каждым днем ждали опекуна, который должен был Приехать и разобрать наши дела. В марте приехал опекун Сергей Михайлович. Он был близкий сосед наш и друг покойного отца, Хотя и гораздо моложе его. Я видела в окно, как он подъезжал к дому В маленьких санках, Но как только он завернул за угол, я поспешила В гостиную и хотела притвориться, Что совсем не ожидала его. Здравствуй, Григорий! Здравствуйте. Здравствуйте, Екатерина Михайловна. Здравствуйте. Пожалуйста, сюда. Фиалка! Фиалка! Как вы тут все? Маша! Соня! Но заслышав в передней стук ног, его громкий голос И шаги Кати, я не утерпела и сама пошла Ему навстречу. Ну, слава богу. Сергей Михайлович, слава богу, что вы приехали. Здрасте, здрасте, Екатерина Карловна. Мы вас так ждали, так ждали. А где же девочки? Все дома, здоровы. А разве вы не узнаете? Вот она, ваша девочка. Фиалка. Так ведь вы ее называли? Ты встряхнись, моя Машечка. А то что Сергей Михайлович о тебе подумает? Ах, это такой славный друг. Здравствуйте, Сергей Михайлович. Хм. Неужели это вы? Можно ли так перемениться? Как вы выросли! Вот тебе и Фиалка, а. Вы целый розан стали. А вот. Соня. Сонечка, это дядя Сережа, поздоровайся. Здравствуй, дядя Сережа. О, Соня. Здравствуй, Сонечка. Ну, показывайте, как вы живете. А, пойдемте, пойдемте в гостиную. Ай да девочка, Фиалка, как переменилась. Через пять минут он перестал быть гостем, А сделался своим человеком для всех нас, Даже для людей, которые, видно было по их Услужливости, особенно радовались его приезду. Он вел себя совсем не так, как соседи, Приезжавшие после кончины матушки и считавшие нужным Молчать и плакать, сидя у нас. Он, напротив, был разговорчив, Весел и ни слова не говорил о матушке. Но потом я поняла, Что это было не равнодушие, а искренность, И была благодарна за нее. Вечером Катя села разливать чай на старое место в Гостиной, как это бывало при мамаше. Мы с Соней сели около нее. Старый слуга Григорий принес ему еще бывшую папашину Отыскавшуюся трубку, и он, как и в старину, Стал ходить взад и вперед по комнате. Сколько страшных перемен в этом доме, Как подумаешь, Екатерина Карловна. Да, Сергей Михайлович. Вы, Мария Александровна, я думаю, помните вашего Отца? Мало. А как вам теперь хорошо было бы с ним. Я очень любил вашего отца. А тут и матушку Бог взял. Катя, Катя. Да, Страшные перемены в этом доме. Соня, Покажи игрушки. Пойдем, дядя Сережа. А у меня есть новая кукла. Ууу! Как много у тебя игрушек. А вот Петрушка. А ты умеешь играть на фортепиано? Умею. Ну? Вот. Так. А ну-ка, давай с тобой вместе. Давай! Ну. Хорошо. Марья Александровна, Подите сюда, сыграйте что-нибудь. Иду. Вот, Вот это сыграйте. Посмотрим, Как это вы играете. Хорошо. Хорошо. Нет, нет, нет. Это вы нехорошо играете, это оставьте. А первое недурно. Вы, кажется, понимаете музыку. Соня, пора спать. Я еще немножко посижу. Можно, дядя Сережа? Нет, нет, нет. Пойдем, Сонечка, пойдем. Он рассказывал мне про моего отца. Он расспрашивал про то, что я люблю, что читаю, Что намерена делать, давал советы. Уложив Соню, Катя присоединилась к нам и Нажаловалась ему на мою апатию, про которую я ничего Не сказала. Самого-то главного она и не рассказала мне. Что же рассказывать? Это нехорошо Не уметь переносить одиночество. Неужели вы барышня? Разумеется, барышня. Нет, дурная барышня, Которая только жива, пока на нее любуются. А как только одна осталась, так и опустилась, И ничто ей не мило. Все только для показа, А для себя ничего. Хорошего вы мнения обо мне. Вам не должно и нельзя скучать. У вас есть музыка, которую вы понимаете, Книги, ученье. У вас целая жизнь впереди, к которой теперь только И можно готовиться, чтобы потом не жалеть. Через год уж поздно будет. Ну, Прощайте, Любезные друзья. Когда же увидимся опять, Сергей Михайлович? Весной, Екатерина Карловна. Теперь поеду в Даниловку по вашим делам, Узнаю там, устрою, что могу. Заеду в Москву уж по своим делам, А лето будем видеться. Ну что же это вы так надолго? Да. Побольше занимайтесь, Не хандрите, А весной я вас проэкзаменую. До свидания. До свидания.