Я поэт E

Наш поэт опять попал в пьяную драку. Сидит сейчас в камере трезвеет. Нынче мало кто из поэтов отличается трезвым Поведением. Кстати... Я поэт, я издерган неверием. Все мое стерто доверие, словно веревка на дереве Завязана узлом. Борюсь со злом. Здесь кто-то хочет быть человеком, Но остается козлом докостного мозга. Купив билет в один конец, словно Джек Доусон Обнаружен был в палатах Давыдовского. Я и сам был знаком здесь не с теми Людьми. И вот еще одна депрессия дала мне в Пути. В старых ботинках, как мудила, сам себя вел. Скажи мне, милая, куда мы все придем? Дым под потолком. Знаю, как кинуть себя на дно, как порезать вену. Зваль не ебет. Любовь это боль. Говорила ты, будто бы ебанутым был, На троих делил, не терпел, дебил. Вот тебе логотип это моя гильотина. Я из того, что было, выскреб, смешал с никотином. Остатки искренней души моей ничего не значили. В итоге, как в ГТА были потрачены, В пыли испачканы на подоконнике кружки. Неси жвачку и наступит мир, дружба. Я ставил чё? Эртычку, теперь точку. Я ухожу потихонечку, дурочка. Я поэт. Не могу это назвать болезнью. В мозгу засела бестия, что заставляет действовать с Кусочком сердца, оторвать куплет для каждой песни. Продолжим двигаться по лезвию вместе с протестом. Бакланы жрут коробками план. Значит, я баклан. Скрывает ниндзю дымовуха, Нас кроет туман. Не беда, ман, нету лекарства от ран. Сплюнул бациллы в микрофон, пустил по проводам. Сшибает нахуй маски. Нет приема против лома. Вирус опасный, куда заразнее омикрона. Ты не увидишь красный, ведь всегда будет зеленый. Разносчики заразы под названием свобода бежит ручей Вдоль бордюра, по нему кораблик уже ничей. Но когда-то он найдет и гавань среди людей. Этот плотник, кто исполнит план и нету идей. Его гавань сточная канава. Не люблю понедельники, как и вторники. Не люблю геометрию, треугольники. Опять что-то пахучее лежит на подоконнике. Не люблю и снова живые покойники. Вскрой мой гроб потом, там на крышке будут строки. Мы станем облаком, что создается из смока. Вдаль с громом грохота, не задевая высотки, Мы полетим туда, типа этой жизни оптом. Антон Неутоп, Мы из Сибдо, ребят. Сибдо. Пускай. Я поэт, ощущаю эту Реальность кожей и в ответ возвращаю то, Что меня тревожит. Нет, не фет и даже не талант, возможно, Но строчки пачкают листок, как болванку в рот. Немало пожил прохожим на этом шарике во многом шарю, Но все движения на шару. И обжигаю светом жара сознания тех, Кто идет вслед за даром создания. Благодарен создателю, что вселил этот навык. Не хочу быть предателем, ведь зачем-то так надо. И обнажаю стихами все уродства и крайности, Повелеваю словами, слова меняют реальность. Откуда это у меня и кто посеял это семя, Что проросло цветком из рифм и рвется из меня Все время. Бремя я его срезаю и курю, Чтоб уничтожить. Но строчки снова прут наружу из Души безбожно. Я поэт. Вернее, ребят, это вряд ли. Лишь комедиант, каких навалом преизрядно на этой Грядке среди патиссонов гладких и огурчиков с Пупырышками сладких, пресладких. В моей тетрадке заметки непонятные, Записки сумасшедшего типа невменяемого. Троих двигло меха свистят и радиатор в трещинах уже Не протекает кран при виде сочной женщины. Хули тут думал? По сраку лет, по старости годы, А все туда же с малолетками на тусах чекерах. Пора завязывать. Культура в судорогах морщится, Но мы реанимируем испорченное. Хип-хап прогнил разёрами и предиками. Мы здесь, чтобы спасти его, как в самородке медики. Не ссы, Капустин, разъебём, отпустим. И ты заверещишь, как Витас в жопе с хуем У купника. Начнем с того, что мы потеряли нити. Ты загляни внутри себя, ведь ты тоже зритель. Крути круги в районе спальных лип и на луну. Сделай три затяжки крепкого, и я начну. Открытый микрофон давно не проявляет жизнь. И если ты молчишь, в него мы за тебя Напишем. Ну да, просто филя, три года тут на Чиле, и мы не любили, а смотрели с дуры Просто фильмы. Закат, восход не важен, Если день давно проёбан. Мы покурили на балконе и слились с потоком ветра. И мне в себя, а не в Бога нужна Была вера. Приходила быстро после рюмки первой. Такой вот саунд на выходе теперь из моих уст. Я поцелуем задушил тебя в под вечный блюз. Е, под вечный блюз.