Оковалок E

А вокруг котлован и гнилой оковалок идёт по головам, В руках его новый каталог. Всё пропало. Он и сам горит, но обязан идти До талого через сад инвалидных колясок. А вокруг котлован и гнилой оковалок идёт по головам, В руках его новый каталог. Всё пропало. Он и сам горит, но обязан идти До талого через сад инвалидных колясок. Весь покрытый язвами, абсолютно весь. Этот вид мяса и есть болезнь. Он гнилая пиньята, разобьётся, Только тресни. И всё же что-то приятное в этом Ублюдке есть. Он перекрестится, когда ступит на крыльцо. Это Гарольд, и боль его за слоями постиронии. Проходят месяцы, но не струпья, А лицо. На нём огромные пятна, Как салями в пепперони. Родственники кончились в дороге, теперь они просто Точки в эпилоге. он садится и молча едет по Кочкам на пироге, отбивая жопу. В башке перо, как у индейца чероки. И мечтает лишь об одном, как бы повеситься в Чертоге. Но чертой стал пустырь, Его бы отдал, чтобы, как мочевой пузырь, Выпал на пол и лопнул. Лишь бы поганые вопли не издавал тот подпол, В котором он закопал своими руками потными целую Саванну с животными, людьми и прочей абузой, Пока не остался один. И каждой ночью кверху пузом он дрочит на Бузову С баннера, что вырос в почве из мусора ебаного. Он не успевает кончить, ведь полоски рекламы Крутятся заново. Там прочий кал. Он просит, чтобы она вернулась обратно. Это, блядь, семья! Ему грустно отвратно. Какая свинья! Одна квадратная земля, И он тянет её канатом на себя. Придёт час, и чудовища, что, как бомжи, заполонили Нутро того ебаната, съедят. А пока он счастлив быть овощем, и в жилах Лавиной течёт гудрон. Всё пиздато, ребят. А вокруг котлован и гнилой оковалок идёт по головам, В руках его новый каталог. Всё пропало. Он и сам горит, но обязан идти До талого через сад инвалидных колясок. А вокруг котлован и гнилой оковалок идёт по головам, В руках его новый каталог. Всё пропало. Он и сам горит, но обязан идти До талого через сад инвалидных колясок. Вокруг котлован и гнилой оковалок идёт по головам, Руках его новый каталог. Всё пропало. Он и сам горит, но обязан идти До талого через сад инвалидных колясок.