Притча о Молочке, овсяной Кашке и сером котишке Мурке

Дмитрий Николаевич Мамин-Сибиряк. Притча о молочке, Овсяной кашке и сером котишке Мурке. Баю, баю, баю. Один глазок у Аленушки спит, другой смотрит. Одно ушко у Аленушки спит, Другое слушает. Спи, Аленушка, спи, красавица! А папа будет рассказывать сказки. Кажется, все тут: и сибирский кот Васька, И лохматый деревенский пес Постойко, И серая мышка-норушка, и сверчок за печкой, И пестрый скворец в клетке, и забияка петух. Спи, Аленушка. Сейчас сказка начинается. Вон уже в окно смотрит высокий месяц, Вон косой заяц проковылял на своих валенках. Волчьи глаза засветились желтыми огоньками. Медведь Мишка сосет свою лапу. Подлетел к самому окну старый воробей, Стучит носом о стекло и спрашивает: "Скоро ли?" Все тут, все в сборе и все Ждут Аленушкиной сказки. Один глазок у Аленушки спит, другой смотрит, Одно ушко у Аленушки спит, другое слушает. Баю, баю, баю. Как хотите, а это было удивительно. А удивительней всего было то, что это повторялось Каждый день. Да! Поставят на плиту в кухне горшочек с молоком и Глиняную кастрюльку с овсяной кашей, Так и начнется. Сначала стоят, как будто и ничего, А потом начинается разговор. Я молочко, а я овсяная кашка. Сначала разговор идет тихонько, Шепотом, а потом кашка и молочко начинают постепенно Горячиться. Я молочко, а я овсяная Кашка. Кашку прикрывали сверху глиняной крышкой, И она ворчала в своей кастрюле, Как старушка. А когда начинала сердиться, то всплывал наверх Пузырь, лопался и говорил: "А я все-таки овсяная Кашка. Пум!" Молочку это хвастовство казалось ужасно обидным. Скажите, пожалуйста, какая невидаль, Какая-то овсяная каша. Молочко начинало горячиться, поднималось пеной и Старалось вылезти из своего горшочка. Чуть кухарка недосмотрит, глядит молочко и полилось На горячую плиту. Ах уж мне это молочко! Жаловалась каждый раз кухарка. Чуть-чуть недосмотришь, оно и убежит. Что же мне делать, если у меня такой вспыльчивый Характер? Оправдывалось молочко. Я и само не радо, когда сержусь. А тут еще и кашка постоянно хвастается: Я кашка, я кашка, я кашка. Сидит у себя в кастрюльке и ворчит. Ну я и рассержусь. Дело иногда доходило до того, что и кашка убегала Из кастрюльки, несмотря на свою крышку. Так и поползет на плиту, а сама все и Повторяет: а я кашка, кашка, Кашка. Шшш. Правда, что это случалось нечасто, Но все-таки случалось. И кухарка в отчаянии повторяла каждый раз: Уж мне эта кашка! И что ей не сидится в кастрюльке. Просто удивительно. Кухарка вообще довольно часто волновалась, Да и было достаточно разных причин для такого Волнения. Например, чего стоил один кот Мурка. Заметьте, что это был очень красивый кот, И кухарка его очень любила. Каждое утро начиналось с того, что Мурка ходил по Пятам за кухаркой и мяукал таким жалобным голосом, Что, кажется, не выдержало бы каменное сердце. Вот ты ненасытная утроба! Удивлялась кухарка, отгоняя кота. Сколько вчера ты одной печенки съел? Так ведь то было вчера. Удивлялся в свою очередь Мурка. А сегодня я опять хочу есть. Мяу. Ловил бы мышей и ел. Лентяй. Да, хорошо это говорить. А попробовала бы сама поймать хоть одну мышь. Оправдывался Мурка. Впрочем, кажется, я достаточно стараюсь. Например, на прошлой неделе кто поймал Мышонка? От кого у меня по всему носу царапина? Вот какую было крысу поймал, а она сама мне В нос вцепилась. Ведь это легко говорить: лови мышей. Наевшись печенки, Мурка усаживался где-нибудь у Печки, где было потеплее, закрывал глаза и сладко Дремал. Видишь до чего доелся. Удивлялась кухарка. И глаза зажмурил, лежебок. И все подавай ему мясо. Ведь я не монах, чтобы не есть мясо, Оправдывался Мурка, открывая всего один глаз. Потом я и рыбку люблю покушать. Даже очень приятно съесть рыбку. Я до сих пор не могу сказать, что лучше: Печенка или рыба. Из вежливости я ем и то, и другое. Если бы я был человеком, то непременно был бы Рыбаком или разносчиком, который нам носит печенку. Я кормил бы до отвала всех котов на свете И сам был бы всегда сыт. Наевшись, Мурка любил заняться разными посторонними Предметами для собственного развлечения. Отчего, например, не посидеть часика два на окне, Где висела клетка со скворцом? Очень приятно посмотреть, как прыгает глупая птица. "Я тебя знаю, старый плут! Кричит скворец сверху. Нечего смотреть на меня". А если мне хочется познакомиться с тобой? "Знаю я, как ты знакомишься. Кто недавно съел настоящего живого воробышка? Противный". Нисколько не противный, даже наоборот. Меня все любят. Иди ко мне, я сказочку расскажу. "Ах, плут! Нечего сказать, хороший сказочник. Я видел, как ты рассказывал сказки жареному Цыпленку, которого стащил на кухне. Хорош". Как знаешь. А я для твоего же удовольствия говорю. Что касается жареного цыпленка, То я его действительно съел. Но ведь он уже все равно никуда не годился. Между прочим, Мурка каждое утро садился у топившейся Плиты и терпеливо слушал, как ссорятся молочко и Кашка. Он никак не мог понять, В чем тут дело, и только моргал. "Я молочко". "А я кашка, кашка, кашшш". Нет, не понимаю. Решительно ничего не понимаю, говорил Мурка. Из-за чего сердятся? Например, если я буду повторять: Я кот, я кот, кот, кот. Разве кому-нибудь будет обидно? Нет, не понимаю. Впрочем, должен сознаться, что я предпочитаю Молочко, особенно когда оно не сердится. Как-то молочко и кашка особенно горячо ссорились, Ссорились до того, что наполовину вылились на плиту, Причем поднялся ужасный чад. Прибежала кухарка и только всплеснула руками. "Ну что я теперь буду делать?" Жаловалась она, отставляя с плиты молочко и кашу. Нельзя отвернуться. Оставив молочко и кашку, кухарка ушла на рынок за Провизией. Мурка этим сейчас же воспользовался. Подсел к молочку, подул на него и проговорил: Пожалуйста, не сердитесь, молочко. Молочко заметно начало успокаиваться. Мурка обошел его кругом, еще раз подул, Расправил усы и проговорил совсем ласково: Вот что, господа. Ссориться вообще нехорошо. Да, выберите меня мировым судьей. Я сейчас же разберу ваше дело. Сидевший в щели черный таракан даже поперхнулся от Смеха. Вот так мировой судья! Ах, старый плут, что только не придумает. Молочко и кашка были рады, что их ссору наконец Разберут. Они сами даже не умели рассказать, В чем дело, из-за чего они спорили. Хорошо, хорошо, я все разберу, Говорил кот Мурка. Уж я не покривлю душой. Ну, начнем с молочка. Он обошел несколько раз горшочек с молочком, Попробовал его лапкой, подул на молочко сверху и Начал лакать. Батюшки, караул! Закричал таракан. Он все молоко вылакает, А подумают на меня. Когда вернулась с рынка кухарка И хватилась молока, горшочек был пуст. Кот Мурка спал у самой печки сладким сном, Как ни в чем не бывало. Ах ты, негодный! Бранила его кухарка, хватая за ухо. Кто выпил молоко? Сказывай. Как ни было больно, но Мурка притворился, Что ничего не понимает и не умеет говорить. Когда его выбросили за дверь, он встряхнулся, Облизал помятую шерсть, расправил хвост и Проговорил: если бы я был кухаркой, То все коты с утра до ночи только бы И делали, что пили молоко. Впрочем, я не сержусь на свою кухарку, Потому что она ничего не понимает.