Нас нет

Уже не больно, кожа толстая как тулуп. Острые копья обстоятельств ее вряд ли пробьют. Уже не больно, голова как панцирь крепка. Давно с волками эти танцы я оставил волкам. Крепкие плечи видели тяжесть листа. Я по абзацу эту книгу от пролога листал. Враньем смердят страницы ее. Теперь подруга мне тоска эта и мой компаньон. Кто свои шрамы афиширует, тот не был в боях. Нервы прятались за ширмой, средь них не был я, Но много слышал. Я слышал из первых уст, И кто рассказывал о них, скорее тоже был трус. Усни, еще не скоро рассвет, засыпает все улицы, Тихо падает снег. Нас нет, только холод и лед, эти строки, От которых пахнет свежей землей. Усни, еще не скоро рассвет, засыпает все улицы, Тихо падает снег. Нас нет, только холод лед, эти строки, От которых пахнет свежей землей. Надо любить, но кто мне скажет, Зачем? Тут каждый говорит мастак, Те километры речей. Только послушай, любовь основа всего. Нас высыпали из совка и снова гонят в совок. А что нам можно? Нам смело можно молчать, До инвалидности работать и на оплату врачам будет Копейка авось, но будешь хрупок и стар. Чья-то уверенно рука тебя стирает с листа. Нам вяжет руки за спиной, желая только добра. Нам вяжет руки за спиной твой же, Видимо, брат. Уже не больно, ведь кожа толще киразы, Только от лиц самодовольных этих рвотный позыв. Усни, еще не скоро рассвет, засыпает все улицы, Тихо падает снег. Нас нет, только холод и лед, эти строки, От которых пахнет свежей землей. Усни, еще не скоро рассвет, засыпает все улицы, Тихо падает снег. Нас нет, только холод лед, эти строки, От которых пахнет свежей землей. Усни.