Жизнь в России

Красноярский матёрый воришка в сотый раз От облавы бежал. Снова НКВД проморгало парнишку, Снова малый тюрьму миновал. Белюга обернулась непрухой. Оказался лопатник пустой. Вместо медных монет лишь армейское фото, На котором погибший герой. Жизнь в России как луна: то в ущербе, То полна, то последняя заначка на нуле. Если б было б что потратить, кто бы стал Карманы грабить? Ну, после шконку греть на Колыме. И с тех пор светлый образ солдата будоражит Сильней и сильней. Память бьёт об отце, что на фронте когда-то в Сорок первом пропал без вестей. Он искал ту вдову больше года и нашёл в Одиночестве дней. Возвратил кошелёк, положив в него фото, Да в придачу две сотни рублей. Жизнь в России как луна: то в ущербе, То полна, то последняя заначка на нуле. Если б было б что потратить, кто бы стал Карманы грабить? Ну, после шконку греть на Колыме. Дым черемух, церквей перезвоны. Птица славы мелькала крылом. Променял паренёк на шинель и погоны воровское Своё ремесло. Вот и время другое настало. Боль войны уж давно позади. И блестят ордена на груди генерала, Как блестят Енисея огни. Жизнь в России как луна: то в ущербе, То полна, то последняя заначка на нуле. Если б было б что потратить, кто бы стал Карманы грабить? Ну, после шконку греть на Колыме. Жизнь в России как луна: то в ущербе, То полна, то последняя заначка на нуле. Если б было б что потратить, кто бы стал Карманы грабить? Ну, после шконку греть на Колыме.