Мы понимаем только с годами

Они нас хвалили, они нас ругали. За нас они всегда были в ответе. Мамы по-разному нас воспитали, Но одинаковы с мамами дети. А в пять лет мама лучше всех на планете. Конечно, считают все дети на свете. В десять лет постоянно тебе говорю: "Мамочка, как же тебя я люблю". А в пятнадцать: "Мама, не надо орать. Ну как же ты портишь мне жизнь опять?" В двадцать пять мы все знаем, как надо нам Жить, и не надо нас, мама, чему-то учить. В тридцать пять, вот как только дела порешаю, Мама, точно приеду, я обещаю. В пятьдесят понимаем, как мало мы были с теми, Кого больше жизни любили. Мы понимаем только с годами, мамы роднее нет на Планете. Мамы всегда и везде будут с нами, Но одинаковы с мамами дети. А в пять лет мама лучше всех на планете, Конечно, считают все дети на свете. В десять лет постоянно тебе говорю: "Мамочка, как же тебя я люблю". А в пятнадцать: "Мама, не надо орать. Ну как же ты портишь мне жизнь опять?" В двадцать пять мы все знаем, как надо нам Жить, и не надо нас, мама, чему-то учить. В тридцать пять, вот как только дела порешаю, Мама, точно приеду, я обещаю. В пятьдесят понимаем, как мало мы были с теми, Кого больше жизни любили. Они нас хвалили, они нас ругали. За нас они всегда были в ответе. Мамы по-разному нас воспитали, Но одинаковы с мамами дети.