Подписание протеста

На следующий день после бессонной ночи Оба закадычных друга, Илья и Вадим, появляются все в Той же компании. Здрасте, здрасте, друзья дорогие! Чай, слыхали ужасную весть, что кругом пропадает Россия. Мы не в силах сие перенесть. И мы вам говорим нараспашку, что сегодня с утра, Протрезвев, сочинили мы эту бумажку. В ней кипит наш общественный гнев, Что и вносим мы в нашу компашку, А затем в страны НАТО и шеф начальника своего Угла. Ну-ну-ка, ну-ка, ну-ка, так-так-так, Ну-ка, ну-ка. Илья и Вадим раздают самиздатские Листочки своим друзьям. Вся компания втыкается и начинает читать. Россия, Россия, Россия, Россия. Сталин, Сталин, Сталин, Сталин. Россия, Россия. Сталин, Сталин. Казалось бы, казалось бы, тем более, что все-таки и Вот тебе раз, и вот тебе два. Сколько можно? И начинают подписывать этот листок. Неужели проклятые годы повторятся опять и Опять? Неужели Ежовы ягоды снова Будут сажать и сажать? Неужели права и законы вновь заменит безмозглый Кулак и сплошные запретные зоны? Сстейстнут горло немое так. Неужели корабль уже прибыл, не успев даже парус Поднять? Неужели единственный выбор это врать Или молчать, врать или молчать, врать или молчать? Промолчи, попадешь в богачи. Промолчи, попадешь в первачи. Промолчи, попадешь в палачи. Промолчи, промолчи, промолчи. Никогда, ни за что, нет, товарищ Сталин, Мы пойдем другим путем. Мы молчать не станем. Джан, джан, джан, one, two, three, То-то будет тарарам и не говори. Джан, джан, джан, one, two, three, То-то будет тарарам и не говори. Один из друзей подходит К Илье и говорит: "Старик, извини, я подписывать, Пожалуй, не буду. У меня, знаешь, книжка на подходе, Они же сразу ее зарубят". "Старик, отвечает легко Илья, о чем речь? Подпишут в следующий раз. Ты думаешь, это последний?" А его друг вдруг поднял пол-литру и громко закричал: "Слушайте, слушайте, слушайте все, леди, Синьоры, мадам и месье, вот в этом вот экземпляре, Размахивает он подписанным листочком, С вашими подписями и вензелями будет храниться вот Эта бутыль, показывает он на зеленое чудовище. Я сошлю ее в глухой монастырь, Пусть лет десять томится в крепости, Достигая особой крепости. Через десять лет вот в этом чертоге мы сойдемся И подведем итоги. И если, конечно, сможем, то и эту бутыль подытожим". И хором провожают эту бутылку, Завернутую в эту бумагу, куда-то на чердак. Джан, джан, джан. И все эти десять лет будем пить нарзан. Джан, джан, як, як, як. И все эти десять лет будем пить коньяк. Джан, джан, джан, поет Илья, размахивая другими Листками. Джон, Джон, Джон, вот это мы пошлем в ЦК, а это в Вашингтон.