ХОЛСТ ВЫКИНУТЬ E

Пам-парам. Я записываю, Максон. Пам-парааам. Пиво ебаное. Большинстве своем я чувствую себя измученным, Мне ни к чему мучное, молочку. Грустно, когда ты сможешь на кон поставить только Пару паршивых строчек. Грустный рэп о главном, весь русский рэп страдал. Медленный танец в одного. Запиши мне плюс один, я возьму с собой бухло Свое. Нос сточился, я пихал его во все, Что можно было бы. А можно было и нельзя. Я должен говорить искренне, но я Тору не брал. Не на что положить руку, так что я кладу Хуй на звук. Ответ «пусть будет» на любой вопрос Звучит как мантра. Ты укутаешь себя в мою новую Рэп-искренность, как мясо в манты. Звучу, как скрежет из твоей ванной. Семя в туалет канализационный сверит. Кисточку окуну полностью в эту муру, я получу образ Анального абстракта, холст выкинусь. Гитара скучает, когда ты ставишь на нее квинту. Под ногами плинта, паркет отыгрывает вокальную Партию страдальца. Гитара скучает, когда ты ставишь на нее страдальца. Серый бетон монотонно в многоэтажке. Мир вашей башни слегка приукрашенный. Ты мне не дашь лакшери, но тебя лапал хач, Причем в хуевой тачке. Твоя душа испачкана. Панчит кореш, нож входит до упора на равнину с Гор. Торы Штайнер высох, а ты не киса, Ты просто порванная крыса. Не повезло тому, кто тебе вылизывал. Твоя могила была бы моим призом. Призма мира современного. Шлюхи, пидоры, нацмены. Скроюсь на краю вселенной с помощью того, Что тлеет чем дышит, а кабы дышит хуем. Твой бро меня ножиме подстрахует. Всуе не упоминай, тебя в четырнадцать съебали. Пыхню по грыздамине ядерное пламя. Нос и гнулась хохлами, как опрокидывал типов на Камни вместе с кочами, дроча по ночам, Будучи на нюхачах. Высох и зачах. Свеча любви погасла. Пришел Паша Маслов говорить, что четыре с хуем тыщи Нахаслил он. Чуть не попиздились Кинтом и с Ами Федоро-Хуево, когда страпон бабы больше твоего Прибора. Тору слушал на приходах, Вспоминал о чувствах. Потом подумал, что просто буду дрочу.