Баллада о борьбе

Средь оплывших свечей и вечерних молитв, Средь военных трофеев и мирных костров Жили книжные дети, не знавшие битв И изнывая от мелких своих катастроф. Детям вечно досаден их возраст и быт. И дрались мы до ссадин, до смертных обид. Но одежды латали нам матери в срок. Мы же книги глотали, пьянея От строк. Липли волосы нам на вспотевшие лбы И сосало под ложечкой сладко от фраз. И кружил наши головы запах борьбы Со страниц пожелтевших, слетая на нас. И пытались постичь мы, не знавшие войн, За воинственный клич принимавшие вой, Тайну слова «приказ», назначение границ, Смысл атаки и лязг боевых колесниц. А в кипящих котлах прежних боен и смут Столько пищи для маленьких наших мозгов. Мы на роли предателей, трусов иуд В детских играх своих назначали врагов. И злодея следам не давали остыть. И прекраснейших дам обещали любить. И друзей успокоив, и ближних любя, Мы на роли героев вводили Себя. Только в грезы нельзя насовсем убежать. Краткий век у забав. Столько боли вокруг. Попытайся ладони у мертвых разжать И оружье принять из натруженных рук. Испытай, завладев еще теплым мечом и Доспехи надев, что почём, что почём. Разберись, кто ты трус иль избранник судьбы. И попробуй на вкус настоящей борьбы. И когда рядом рухнет израненный друг, И над первой потерей ты взвоешь, Скорбя. И когда ты без кожи останешься вдруг От того, что убили его, не тебя, Ты поймешь, что узнал, отличил, Отыскал по оскалу, забрал до смерти оскал. Ложь зло погляди, как их лица грубы. Их всегда позовет воронье и гробы. Если мяса с ножа ты не ел ни куска, Если руки сложа, наблюдал свысока, А в борьбу не вступил с подлецом, с палачом, Значит, в жизни ты был ни при чем, Ни при чем. Если путь, прорубая отцовским Мечом, ты соленые слюны на ус намотал, Если в жарком бою испытал, что почём, Значит, нужные книги ты в детстве Читал.