Космонавту

Когда аэродромы отступленья под Ельней, Вязьмой иль самой Москвой Впервые новичкам из пополненья давали старт на вылет Боевой, Прости меня, разведчик мироздания, Чьим подвигом в веках отмечен век. Там тоже, отправляясь на заданья, В свой космос хлопцы делали разбег. И пусть они взлетали не в ракете и не Сравнить с твоею высоту, Но и в своем фанерном драндулете за ту же Вырывались черту. За ту черту земного притяженья, Что ведает солдат перед броском. За грань того особого мгновенья, Что жизнь и смерть вмещает целиком. И, может быть, не меньшею отвагой бывали их сердца Наделены. Хоть ни оркестров, ни цветов, Ни флагов Не стоил подвиг в будний день войны. Но не затем той памяти кровавой я нынче вновь Разматываю нить, чтоб долею твоей всемирной славы и Тех героев как бы отделить. Они горды, они своей причастны особой славе, Принятой в бою, и той одной, суровой безгласной, Не променяли б даже на твою. Но кровь одна, и вы родные братья, И не в долгу у старших младший брат. Я лишь к тому, что всей своею статью ты Так похож на тех моих ребят. И выправкой, и складкой губ, и взглядом, И этой прядкой на вспотевшем лбу, Как будто миру со своею рядом их Молодость представил и судьбу. Так сохранилась ясной и нетленной, Так отразилась в доблести твоей и доблесть тех, Чей день погас бесценный во имя Наших и грядущих дней.