Первая московская гимназия

Глава первая. Первая Московская гимназия. Однажды ученик четвертого класса Илья Ушаков Возвращался домой со старшей сестрой Машей из Гостей. Они были у тети, живущей в самом центре Москвы, На улице со смешным названием Ленивка. Будто бы все, кто живет на этой улице, все Время ленятся и ничего больше не делают, Только лежат на диванах, играют в игровые приставки И лижут мороженое. Илья про себя так и называл свою родственницу тетя Ленивка. Вслух он так говорить не решался. Боялся, что родители рассердятся и перестанут Обращать на него внимание. И Маша тоже перестанет. Они всегда так делают, когда сердятся. Не отругают, не отшлепают, не лишат сладкого, Как других школьников, а просто ведут себя так, Будто Илья пустое место. Обидно ужас как. Лучше бы, наверное, отшлепали. А впрочем, И не нужно называть тетю Ленивкой, у нее и Так есть смешное имя тетя Женя. У Ильи в школе Жени зовут мальчиков, а тут Вдруг тетя. Да и ленивой тетя Женя не была. Все время куда-то ездила на своем джипе и с Кем-то разговаривала по блестящему мобильнику. Илья знал, что у тети бизнес. Именно благодаря бизнесу она смогла купить огромную Квартиру на Ленивке. Квартира Илье нравилась, А сама улица не очень. И другие улицы рядом с Ленивкой тоже. Дома там маленькие, разноцветные, С какими-то дурацкими завитушками. То ли дело в Бескудникеве, где живет Илья с Родителями и Машей. Дома высокие. Посмотришь снизу голова закружится, Посмотришь сверху из окошка видишь маленьких смешных Людишек, а над ними голуби летают. А ты выше всех и завитушек на домах никаких Нет. И цвет у всех одинаковый красный, Нарядный, как флаги с лошадью и всадником, Которые по праздникам вывешивают. И Илья прекрасно знал, что эта лошадь герб Москвы, И гордился, что живет в доме того же цвета, Как настоящий москвич. Машка, смотри! Илья с сестрой подошли к станции Метро Кропоткинская. Вот что это за дом дурацкий? Всего три этажа, подъезд без железной двери с Домофоном, на первом этаже никаких магазинов. Цвет дома неяркий какой-то, А между окнами доска прилеплена. Для чего эти доски? Маша в этих делах разбиралась неплохо. Она училась в институте на историческом факультете, Увлекалась и архитектурой, и историей Москвы. Это не доски, а пилястры, что-то наподобие колонн. Они поддерживают дом, чтобы тот не рухнул. Илья окончательно возмутился. Три этажа и пилястры нужны, чтоб не рухнул? Да у нас дом двадцать два этажа и стоит Без пилястров дурацких. Так ведь наш дом построен в двадцать первом веке, А этот в восемнадцатом. Тогда еще не научились строить высокие дома и без Таких подпорок. Что они все дураки, Что ли, были в восемнадцатом веке? И когда это было вообще восемнадцатый век? Нет, глупыми они, конечно, не были. Просто многие вещи тогда еще не изобрели. Вот ты сам помнишь, что еще недавно интернет в Мобильнике был медленный, а сейчас быстрый. Ну, то есть еще несколько лет назад быстрый интернет В мобильнике делать не умели. Только сейчас научились. А еще раньше и мобильников не было, И интернета не было, и компьютеров, И метро, и самолетов, и машин не было, И высоких домов. А что тогда было? А было тогда все по-другому. Маша мечтательно задумалась. Маша испытывала совершенно непонятную любовь к тому Времени, когда ничего хорошего не было. Собственно, из-за этой любви она и поступила на Исторический факультет. Маша часто говорила слово прошлое. В этом Машином прошлом существовали какие-то Странные вещи: честь, нежность, Романтика, изящество, Жертвенность. Илья часто слышал от Маши такие слова, Видел, с каким удовольствием сестра произносила их, И привык думать, что в прошлом все было гораздо Лучше, чем сейчас. Только дома были хуже и ниже. И вдруг выяснилось, что в этом прошлом Вообще ничего интересного не было. То есть как? Ни в игру поиграть, Ни музыку послушать, ни в гости съездить, Ни письмо послать по почте. Может, и гимназии не было? Нет, все было только по-другому. В игры играли без компьютера, музыку слушали, Без электричества. Письма писали на бумаге от руки. В гости ездили в извозчичьих каретах, В которые запрягали лошадей. А вот гимназии с тех пор почти не изменились. И первая московская гимназия, можно сказать, Самая главная, располагалась как раз в этом доме с Пилястрами. Она первое время была единственная на Весь город. Илья еще больше растерялся. Какие-то игры непонятные, без компьютера, Письма от руки. А главное вот этот бледный дом, В который со всей Москвы съезжаются в загадочных Извозчичьих каретах школьники и гимназисты из Бескудниково и других районов. Илья представил, как рано утром все здешние улицы и Переулки заполняют мальчики и девочки с Разноцветными рюкзаками. Как они пихаются, пытаются протиснуться в маленький Трехэтажный дом, но все равно всем там места не Хватит, и большинство ребят уедет на извозчичьих Каретах по домам, так и не побывав в гимназии. Родители попросят показать дневник с отметками, А там ничего нет. Они поймут, что их ребенок Прогулял занятия, страшно рассердятся и перестанут Его замечать. А ведь он не виноват. Илья даже затрясся от такой несправедливости и Рассказал все Маше. Не расстраивайся. Во-первых, Москва была тогда гораздо меньше. Во-вторых, не так уж много родителей стремились Отдавать своих детей в гимназию. Богатые нанимали домашних учителей, А бедным ни к чему было учиться. Они работали дворниками, сапожниками, Продавцами. Им достаточно было научиться считать, А уж писать необязательно. А в гимназии преподавали философию, Словесность, грамматику, риторику, Политическую экономию, историю, Правоведение, математику, физику. С такими знаниями только в университет. Кстати, обучались в той гимназии всего четыре года. Вот везучие, всего четыре года и в университете. То есть мне всего год отучиться, и я бы Студентом был? Нет, в гимназию поступали уже Взрослые двенадцатилетние мальчики. Да и не так уж сладко им там приходилось. За невыученные уроки и плохое поведение оставляли После уроков, лишали обеда или сажали в карцер. Куда? В такую комнату пустую и холодную с крысами. После этого Илья, конечно, перестал завидовать тем Гимназистам. А еще он понял вдруг, Что прошлое Москвы не сводится только к отсутствию Высоких домов и скоростного интернета или, Наоборот, к романтике и изяществу. Все там гораздо сложнее И гораздо интереснее. Улица Волхонка, дом восемнадцать. Здание построено в конце восемнадцатого века, А в тысяча восемьсот тридцать первом году Перестроено для Первой Московской казенной гимназии. Новый путеводитель по Москве тысяча восемьсот Тридцать третьего года сообщал: "В гимназии воспитанники разделяются на два Отделения: на благородное и на разночинцев. Пансионеры благородного отделения платят четыреста Пятьдесят рублей в год. Разночинцы платят менее благородных, именно двести Пятьдесят рублей в год, имея от гимназии и платье". В Первой казенной гимназии было зарегламентировано Очень многое. В частности, существовало специальное руководство, Содержавшее самые разнообразные рекомендации. К примеру, такую: "Стараться более учителя должны об Образовании и изощрении разума учеников, Нежели о пополнении и упражнении памяти. Для изучения наизусть определяются токмо Символ Веры, молитва Господня, десять заповедей Божьих, Молитвы прежде и после обеда, молитвы на сон Грядущий и от сна восставших. Начинать приучение всегда следует с легкого и идти Потом к трудному. Опрашивать учеников не всегда сряду, Однако же лучших всегда наперед, потом Посредственных и, наконец, слабых. Ученики должны отвечать не "да" или "нет", Но полную речью. Лучше, если они отвечают исправно своими словами, Нежели теми, какие находятся в книге". Тем более странными казались отдельные события, Которые явно не укладывались в общий характер этого Учреждения. В частности, именно здесь была впервые Представлена публике картина Александра Иванова "Явление Христа народу". Это одно из самых трудоемких произведений Изобразительного искусства. Автор работал над ним двадцать лет.