Роща E

Ленинградский Лютый зной московский мороз ебучий. Позвони на всякий случай, когда будешь дома. Слушай мои строки, они в голове мешаются с мыслями. Ты попросишь о любви, я заговорю числами. Это нету было времени, теперь оно прошло. Зачем я думаю о прошлом, ведь оно давно ушло? Я не скучаю, но внутри меня всё так же Что-то клинит. Мне напишет ночью Купер и предложит Не выпить. Восемьсот восьмой бит слушай, Пока за окном стужа. Холод и внутри меня, но мне, видите, Тепло не нужно. Свечу у дисплея, перламутровые Оттенки. То, что для тебя стены, для меня всего Лишь стенки. Две с половой единицу я на месяц Растяну. Оно будет, как все альбомы, Каждый день, но по чуть-чуть. Такси до Щербинки доставит мысли разума. Потом под окнами услышу надоевший мне Тофор. Сон и кон, мы true, и мы перевернём игру. Я в косячок сыплю true, она держала во рту. Я не горю этой поэзией, но не продам имя За ложь. За чёрный грош, за миллион на карточку Тоже. Я остаюсь толком там, где конкретно я и Должен. Невидимки из-под штор наливают вот столько. Только деревья умирают стоя. В моей душе всё хорошо, но я какой-то депрессивный. Солнце светит алым светом, найти выход из России. Меч сияет в облаках, освещая все планеты. Underground ушёл под трубу, Monday Crystal все как Трупы. Девять этажей харда, выброситься бы просыпки. Роди раз смотрят глаза, здесь гнилой вы просинки. Нежно тебя обниму, прочитаю эти строки. Ты заплачешь мне в плечо и умру тоже я В Москве. Выдохнем, пока буду смотреть в окно. Меня убило так оно, на фоне старое кино. Черным-черное, и ты сидишь на кресле, думая о том. Что мог бы сделать, если бы сбежать тебе было Дано, сука.