С высоты своего роста

С высоты своего роста жить становится просто. Бабочка на ладони улетела, догоним, Не догоним отпустим. Нет причины для грусти. Голубиная стая, побежишь улетают. Полдень жаркий, высокий, яблочного хочу сока. Куклу хочу вот эту, скажу бабе и деду. Молоко и печенье лечат все огорчения. Но что же все улетают? Может, я вырастаю. С высоты своего роста жить по-прежнему просто. Вот, к примеру, лежит камень, можно тронуть руками, Можно сесть к нему ближе, сказать: "Камень, я тебя вижу, я тебя понимаю, Я тебя обнимаю. Я возьму тебя в сердце, научу тебя греться. Камень, сможешь услышать, как тепло мое дышит. Будем жить-поживать на высокой кровати, На пуховой перине, мне ее подарили". Но камень на то и камень, он лежал тут Веками. Говорливый не шибко, он молчит про Ошибку. Будешь солнцем согреешь, Будешь змеей оценишь. Вырастешь, постареешь, но на себе не женишь. В зеркало смотришь: кто там? Взрослая, что ли, тетя, даже, пожалуй, Тетка в лифчике и колготках. Но камень там, где положишь. Бабочки только летом. Бабушки нет и деда. Жить стало как-то сложно. Как это получилось? Я росла и училась. Посижу на диване, каблуки надеваю, Платье, шапку и шубу на себя, на большую. Высоко теперь вижу до Нью-Йорка, Парижа, до земли, до травы, до средизимней Москвы. С высоты своего роста жить всегда было просто.