Дома prod. by CASH CRIB E

Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома. Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома. Дикие танцы в белых рубахах. Круг сумасшедших сомкнут на мне. Россыпью на пол бросаем таблетки, Ловим экстаз мы как будто во сне. Босиком ступаем по холодному кафелю. Нам наплевать, жара или снег. Цветными мелками оставляем послания, Передаем приветы весне. Да, в этот раз шипер дронулся полностью. Мигом сползая в паскуду рассудка. Взял и нашел на вечер компанию. После недели звонок проституткам. Мы готовы все рушить, чтобы снова отстроить. Ведь внутренний мир мы прячем от мира в нагрудном Кармане и холодной ладони. Если не понял, значит, не болен. Не был пленником этой палаты. Может быть, странно, но мы так рады, Что разменяли родные пенаты. Ведь это место нам дарит полеты, Но не короткие, как у Марии. Здесь продолжают обряды и таинства. Все по канонам хиротонии. Да, ты можешь говорить что угодно, но каждый артист Шизофреник. Музыка будто незыблемый идол поставит Людей на колени. Стрелки часов застынут навечно. Будет стерто понятие границы. Мы уснем на холодных железных столах после уколов с Улыбкой на лицах. Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома. Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома. Я снова в палате с белыми стенами, Обшитыми мягкими тканями. В голове мания оставить след крови на кухонном Кафеле. Но забрали ножи и забрали пожитки, Посадив в клетку, повесив наживку. Заменили, заменили, заменили все шмотки рубахой с Нашивкой. Муза приходит ко мне во сне. Спасибо всем вам за это. Вы хотели во мне личность убить, но возродили во Мне поэта. И никакой седатив не выдернет это с Корнями. Ведь мне наплевать, у кого ключи. Я управляю всеми дверями. Не вы меня заперли, Ведь это мой мир, а вы лишь актеры, Которым на лица я тонким слоем накладывал грим, Давал вам все роли. Вы даже не поняли, что бьетесь на моем собственном Поле. Я смотрел на вас со стороны, С улыбкой и долей иронии. Демиург или трикстер называй как хочешь, Но ебнутый на всю голову. Весь этот мир податлив и мягок в моих руках, Будто бы олово. Я могу развязать войну щелчком или прикосновением Пальца. Я здесь кукловод, а вы Обычные пальцы. Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома. Белые стены любимой палаты, резкие запахи Рисперидона. Демоны снова наденут халаты. Эта картина до боли знакома. Из темноты вновь доносится шорох. По коридорам гуляют фантомы. Крики пронзают мозги, словно штопор. Да, неприятно. И все же я дома.