Дети

Вот смотри, как подрастают, говоришь, Они твои. Те, кого ты называешь почему-то детьми. То ли парни, то ли девки, впрочем, Если повезет, уползут от нас подальше, Куда солнце позовет. Как не вырастут ворами, будут зябнуть в нищете. Коль не выучатся ездить, хоп, на чьем-нибудь горбе. Поседеют, постигая, где искать и как заплатить. Горб выносливый, покрепче, чтобы долго не слезать. Хрен, дух, голова, суть оболочка. Будут деньги, заведем сына или дочку, Да. Ни крестов, и ни серпов, ни начал, Ни концов, ни грехов, ни капиталов, Ни детей и ни отцов. На китовых, на скелетах, на мазутных на волнах мы Приплыли ниоткуда, и мы правим в никуда, И бессмысленно свободно перед нами Пустота. Мы накормим их от пуза, мы расскажем им про Рай. Им плевать, что в наших душах вечно шляется Мамай. Мы научим их ругаться, притворяться и Терпеть, хохотать, когда хреново, Если грабят, не свистеть. Посмотри, они уходят, там их ждут учителя, Натаскают их на то, что не умели ты и Я. Можем лопнуть, утверждая, что герои это мы. Но беда, что самураи, к сожалению, Правы. Цель поэта умножать счастье в этом Мире. Гений ты и гений я, место нам в Сортире, да. Ни крестов и ни серпов, ни начал, Ни концов, ни грехов, ни капиталов, Ни детей и ни отцов. На китовых, на скелетах, на мазутных на волнах мы Приплыли ниоткуда, и мы правим в никуда, И бессмысленно свободно перед нами Пустота. С каждым днем они все дальше, пустоту заполнит мрак. Забывают попрощаться и уходят просто так. Будет им кому молиться, будет им кого любить, Будет им кого продать, чтоб кого-нибудь купить. Волях жизни, волях власти и становишься говном, Кардиналом, кандидатом, президентом или ментом. Ну так что же, Авва Отче, будь ты там, Я б попросил мимо деток эту чашу, Не споткнувшись, пронеси. Бабы, водка, рок-н-ролл, как помрем, Так хоба. И в Манхэттен, и в Берлин по ядреной бомбе, Да. Ни крестов и ни серпов, ни начал, Ни концов, ни грехов, ни капиталов, Ни детей и отцов. На китовых, на скелетах, на мазутных на волнах мы Приплыли ниоткуда, и мы правим в никуда, И бессмысленно свободно перед нами Пустота.