Воительница, часть 5: Купила я для одной купчихи мебель

Купила я для одной купчихи мебель на Гороховой. Были комоды, столы, кровати и детская кроватка с-с Таким стесненным дном. Заплатила я тринадцать рублей деньги, Выставила все в коридор и пошла за извозчиком. Взяла за рубль за сорок к Николе Морскому извозчика Ломового, И укладываем мы с ним мебель. А хозяева, у которых купила-то я, На ту пору вышли и квартиру замкнули. Вдруг Откуда ни возьмись дворники. "Как ты смеешь, орут, вещи брать?" Я туда, я сюда. Не спускают. А тут дождь, а тут извозчик стоять Не хочет. Боже мой! Насилу я надумалась. "Ну, Ведите, говорю, меня в квартал. Я, говорю, квартального жена". И только это сказала, входят на двор эти господа, У которых мебель купила. "Продана, говорят, точно ей эта мебель продана". Ну, извозчик мой говорит: "Садись". Думаю, и точно, заместо того чтоб на живейного Тратить, сяду я в кроватку детскую. Высоко они эту кроватку на самом на верху воза Над комодой утвердили, но я вскарабкалась и села. Не успела я со двора выехать, как слышу, Низок-то подо мною тресь, тресь, Тресь. Ах, думаю, батюшки, ведь это я проваливаюсь. И с этим словом хотела встать на ноги, Да трах и просунулась. Так верхом, как жандарм, на одной тесёмке и сижу. Срам, я тебе говорю, просто насмерть. Одежда вся избилась, А ноги над комодой мотаются. Народ дивуется. Дворники кричат: "Закройся, квартальничиха!" А закрыться нечем. Вот он варвар какой извозчик-то, Зевает на лошадь, а на пассажира и не посмотрит. Мало ведь чуть не всю Гороховую я так проехала. Да уж городовой, спасибо ему, остановил. "Что это, говорит, за мерзость такая? Это не позволено. Что ты показываешь?" Вот как я посветилась наготой-то. Много я на свете видела всякого горя, Много я обид приняла.